В данном же случае они могут установить, когда наступила смерть, с точностью до нескольких минут в ту или другую сторону. Будем считать, что это произошло ровно в полночь — большой ошибки не выйдет.
— По делу Дилмейер у вас ничего нового нет, не так ли? — поинтересовался Мейсон.
— Нет. Тот случай пришлось оставить, чтобы заняться этим. Насколько я понял, с ней все будет в порядке. Так вы уверены, что абсолютно не подозревали, как пошатнулось здоровье Линка?
— И приехал сюда полюбоваться на труп? — с иронией спросил Мейсон.
— Нет уж, спасибо. Я достаточно на них нагляделся.
Трэгг с минуту изучал лицо адвоката, потом почесал голову над левым ухом.
— Вы встречаетесь с клиентом, потом прямиком несетесь сюда. Нетрудно догадаться, что если Эстер Дилмейер была одним из ваших свидетелей, то Линк был другим, а в вашем деле, похоже, как раз открылся сезон охоты на свидетелей. У меня складывается такое мнение, что кому-то очень не хочется, чтобы вы выиграли это дело, Мейсон.
— Если выяснится, что это убийство хоть какой-то стороной связано с отравлением Дилмейер, вы дадите мне знать?
— Надеюсь, и вы дадите знать о том, что вам станет известно?
— Что ж, попробовать с вами сотрудничать, по крайней мере, можно.
До встречи.
— Встречи еще будут, — угрюмо заверил его Трэгг.
Мейсон позаботился о том, чтобы завести машину и отъехать как можно скорее. Когда она была за добрых полмили от горной виллы, он выжал педаль акселератора до отказа.
У ночного ресторанчика на бульваре он остановился, зашел внутрь и позвонил в Хастингс Мемориал Хоспитал, попросил к телефону доктора Уиллмонта.
Ему пришлось ждать больше минуты, прежде чем на другом конце раздался знакомый рокочущий голос.
— Это Мейсон, доктор. Что вы обнаружили у Эстер Дилмейер?
— Она выкарабкается.
— Конфеты действительно были отравлены?
— Да. Каждая из них.
— Что за яд?
— Судя по состоянию больной, — ответил доктор Уиллмонт, — и по тем анализам, которые мы успели сделать, я бы сказал, что это один из барбитуратов, скорее всего веронал.
У этого лекарства горьковатый привкус, который прекрасно маскируется вкусом горького шоколада. Это снотворное, но между медицинской и смертельной дозами расхождение весьма значительное. Обычно назначают от пяти до десяти гран на прием. Этого бывает достаточно, чтобы человек уснул. Зарегистрирован смертельный исход после принятия дозы в шестьдесят гран, но, с другой стороны, известен случай выздоровления после трехсот шестидесяти гран.