Энергетика тут, прямо скажем, бешеная. Люди свистят и улюлюкают, поддерживая любимых гонщиков. Некоторые даже подготовили плакаты на ватманах и размахивают ими во все стороны. По словам Никиты, официально ставки здесь делать нельзя. Однако особо азартным никто не мешает договариваться о денежном призе в обход организаторов.
Спустя пару минут две хорошо знакомые мне машины – красная и темно-серая – неторопливо подъезжают к старту. Не нужно быть знатоком, чтобы понять, что Никита и Тимур – обладатели, пожалуй, самых дорогих автомобилей в этой тусовке.
Их начищенные бока даже в ночи сверкают глянцем, а идеальные геометрические пропорции вызывают приступ эстетического трепета даже у неискушенных зрителей.
– Вау, смотрите! Вот это жир! – вопит невысокий мальчишка, стоящий подле меня. – Мажоры подъехали!
Публика в нетерпении. Парни сравнивают технические характеристики стартующих машин, девчонки довольно повизгивают. И только я одна испытываю необъяснимую тревогу. Не покидает предчувствие чего-то неминуемого, неизбежного… Я понимаю, что это всего лишь гонка и, что бы ни говорил Никита, никакого глобального смысла в происходящем нет, но все же на душе как-то неспокойно.
Словно маленький червячок сомнения пробрался мне под кожу и с настойчивостью голодного дятла долбит по мозгам, навевая смутные опасения. Тук-тук. Тук-тук.
– Еще! Еще чуть ближе! – организаторы выстраивают машины на линии старта с точностью до сантиметра.
На дороге показывается девушка в неприлично коротких шортах.
Грациозной походкой от бедра она шествует мимо стоящих автомобилей и становится перед ними.
– Готов? – она обращается к Алаеву.
В ответ он моргает ей фарами.
– Готов? – переводит взгляд на Никиту.
Тот тоже подтверждает свою готовность.
Я стою достаточно близко, чтобы рассмотреть лица каждого из них. Оба сосредоточены и предельно серьезны.
Девушка в шортах резко поднимает руки вверх, разводит их по сторонам и дает отмашку. С визгом шин и ревом моторов соперники срываются с места и уходят в подернутый сумрачной дымкой горизонт.
Поначалу обе машины движутся параллельно, но затем одна их них начинает отставать. Когда по барабанным перепонкам ударяет рев толпы, знаменующий окончание гонки, я вздрагиваю. Неужели все закончилось так быстро? По ощущениям, прошло лишь несколько мгновений…
Кусая губы, всматриваюсь вдаль, и разочарование едкой вязкой субстанцией затапливает грудь. Потому что, вопреки моим надеждам, Никита пришел к финишу вторым.
