– Хорошо-хорошо, простите, – отступая на пару шагов, Матвеев вымученно улыбается. – У нас все в порядке.
Кинув на нас подозрительный взгляд, девушка удаляется.
– Ты мне больше не друг, понял? – одаривает злым тяжелым взором, а затем ехидно добавляет. – И на гонке в субботу я тебя по кусочкам разделаю.
– Мечтать не вредно, – одергиваю куртку, направляясь к машине. – До субботы, лузер. Жду не дождусь твоих слез поражения.
Глава 28
Лера
Домой возвращаюсь без настроения. Всему виной негодяй Алаев, который, кажется, всерьез задался целью испортить мне жизнь.
Господи, ну почему он такой кровопийца? Его бурная фантазия раз за разом рождает все более изощренные способы, как мне насолить. Украденные из раздевалки вещи, беспардонное появление в моей душевой кабине, издевательский поцелуй на посвящении, раскрытие подробностей нашего знакомства Никите – что этот идиот придумает дальше? Даже представить боюсь. Люди с нестабильной психикой крайне непредсказуемы.
И самое страшное, что Тимуру, похоже, нравится меня мучить.
Не в смысле, что это его малость забавляет, а в смысле, что созерцание моих страданий доставляет ему подлинное удовольствие. Вы бы видели его лицо! Он прямо упивается моей болью! Я морально истончаюсь, а он цветет. Говорю же, садист."
"Прощание с Никитой выходит сухим и смазанным. Он держится молодцом, но все равно видно, что расстроен. Поток внезапных откровений Алаев сбил с толку нас обоих. Никита поражен вскрывшимися подробностями, а я просто потеряна. Не знаю, как действовать дальше.
Проигнорировать случившееся? Или вывести Матвеева на открытый диалог?
С одной стороны, тогда, в клубе, между мной и Тимуром не произошло ничего предосудительного. Ну подумаешь, целовались. В нашем возрасте этим никого не удивишь. А с другой – как-то это все абсурдно, не находите? Сначала страстно целуемся, потом люто ненавидим друг друга, затем снова целуемся. Бред. Кому расскажи – решат, что у нас с Алаевым шизуха. Причем одна на двоих.
И это Никита еще не знает про инцидент на посвящении.
А если узнает? От Тимура можно ждать чего угодно: возьмет и поведает Матвееву в красках. И что мне тогда делать? Как оправдываться?
Бли-и-ин, ну какая же я дура! До сих пор не понимаю, как меня угораздило перепутать двух парней. Они же совершенно разные! Как внешне, так и на ощупь. Никита мягкий, деликатный… А у Алаева щетина как наждачка – жесткая, колючая. И движения такие порывистые…
В общем, не знаю, о чем я думала. Очевидно, не думала вовсе.
