Заглядываю в телефон и вижу, что сообщение, которое я отправила маме, так и остается непрочитанным. В начале восьмого она звонила мне, и по звучащим на заднем фоне голосам я поняла, что Ланская все еще у Алаевых. Пару минут назад я снова набрала ее, но мама не ответила. Вероятно, не слышит или ушла в другую комнату.
– Ладно, поехали, – соглашаюсь я.
Ноги гудят от усталости, да и вставать завтра рано – первой парой самостоятельная по алгебре. Поэтому остается надеяться, что Вероника не злоупотребляет гостеприимством своего парня и уже уехала домой.
– Лер, может, тебе стоит первой позвонить Матвееву? – предлагает подруга, пока мы ждем такси. – Я уверена, он будет рад тебя слышать.
Диляра знает, почему в наших с Никитой отношениях пробежал холодок, но вот о главном я умолчала. Мне стыдно и страшно говорить о том, что произошло между мной и Тимуром в предрассветном полумраке его комнаты... Подозреваю, эту тайну я унесу с собой в могилу.
– Да, возможно, – отзываюсь я. – Вот соберусь с мыслями – и позвоню.
– Он хороший парень, – подмечает серьезно.
– Я знаю.
– А Алаев просто провокатор. Не ведись на его выпады.
Эх, если бы на деле это было так же легко, как на словах…
– Хорошо, Диляр. Не буду.
Заказанные машины наконец подъезжают, и мы с подругой спешно прощаемся. Сажусь на заднее сидение и погружаюсь в свои мысли. Молодой таксист о чем-то болтает, периодически кидая на меня заинтересованные взгляды через зеркало заднего вида, но я слушаю его вполуха и отвечаю невпопад. Минут через десять до него доходит, что собеседник из меня никакой, и попытки завязать диалог прекращаются.
В салоне повисает долгожданная тишина.
Оказавшись дома, первым делом прислушиваюсь. Голоса из гостиной вроде не доносятся. Тихо. Выходит, гостья действительно ушла? Вешаю куртку в шкаф и устремляюсь вдоль по коридору. Первый этаж пуст. Стол на кухне убран, в столовой – никого. Значит, я не зря нарезала круги по торговому центру, растягивая время.
Расслабившись, взлетаю вверх по лестнице и на ходу извлекаю пиликнувший мобильник из заднего кармана джинсов.
Диляра пишет. Интересуется, пронесло меня или нет.
Начинаю печатать сообщение о том, что все хорошо, и в этот самый момент слуха касается приглушенный смех. Отрываю глаза от экрана и вижу, как Ланская, вцепившись в руку Алаева, выходит из его комнаты.
Дьявол! Так она все еще здесь?
Поддавшись первому порыву, дергаюсь назад, пытаясь скрыться, но через секунду понимаю, что веду себя глупо.
