Издав разъяренный крик, она прыгнула и, одним махом оказавшись возле букета, схватила его и принялась с яростью лупить по перилам, приговаривая:
– Ах ты гад! Гад! Да чтоб ты сдох!
Бутоны летели во все стороны. Виктор бросился к ней и отобрал измочаленный веник.
Малыш в коляске от испуга зашелся в плаче, и к нему поспешила Маргарита. Подхватив ребенка на руки, она начала тихонько бормотать:
– Ш-ш-ш, тихо-тихо, не бойся.
И, посмотрев на его беснующуюся мать, негромко, но сурово велела:
– А ну-ка прекрати! Дите пугаешь!
Женщина замерла на миг, а потом, прислонившись к стене, закрыла лицо руками и зарыдала, сползая вниз.
Виктор подхватил ее за локоть.
– Участковый пристав Смирнов, – представился он и добавил спокойным, даже будничным голосом: – Сударыня, не соблаговолите ли пройти в свою квартиру? Нам нужно осмотреть ваше жилище и взять показания.
Его слова оказали на женщину почти магическое действие. Она отняла руки от лица и коротко послушно кивнула:
– Да… я расскажу… Этот гад стрелял в Гришу! – Она судорожно принялась рыться в сумочке, которая висела у нее через плечо.
Потом достала ключ и, тихонько всхлипнув, вставила его в замочную скважину.
– Смотри, какая киса, – тем временем ворковала Маргарита с малышом, – хочешь кису погладить?
Ребенок успокоился. Он, вероятно, хорошо знал Маргариту. Да и Кузя, встав на задние лапы, потянулся к нему.
К счастью, днем соседи были на работе, поэтому ни одна дверь не хлопнула, и вся процессия спокойно скрылась в квартире.
Маргарита, дождавшись, пока соседка снимет пальто и сапоги, передала ей сынишку и разделась сама.
– Вот тут вешалка, – она отодвинула шторку, за которой скрывалась ниша, – я схожу на кухню, накапаю Кате валерьянки.
Квартира оказалась небольшой. Дверь из коридора сразу вела в гостиную, точнее – в самую большую из двух комнат. Диван, стоящий возле окна, раскладывался и превращался в кровать. Рядом возле стены примостилась детская кроватка. А чуть левее была дверь, ведущая в другую комнату. Она была открыта, и, судя по обстановке, там жил старший ребенок.
Катерина прошла в комнату и указала на диван:
– Вы садитесь, садитесь.
– Благодарю, – Аверин прошелся по комнате, – но мы бы хотели осмотреться. Присядьте лучше вы и успокойтесь. И расскажите нам про цветы. Вы знаете, кто их принес?
За спиной раздался детский смех. Это Кузя, взяв на себя самую тяжелую часть, играл с мальчуганом.
– Не знаю. Знала бы, убила б собственными руками. Эти проклятые цветы мне чуть всю жизнь не порушили.
