– Сейчас Владимир сделает кофе и явится для допроса.
– Да, кофе будет не лишним, – заметил Кузнецов. – Эти казематы… такое гнетущее впечатление…
– Ничего, – усмехнулся сотни раз бывавший в Петропавловке старший следователь, – со временем привыкнете.
Самому Вертемягину нравилась атмосфера крепости. Защита бастиона ничуть не уступала Шлиссельбургу по мощи, а в чем-то даже превосходила. А как иначе: совсем рядом дворец государя. Негоже, чтобы из заключения вырвался какой-нибудь мятежный колдун.
Появился черт с подносом.
Кофейных чашек на нем оказалось две, и Вертемягин удовлетворенно дернул уголками губ. Он специально сформулировал приказ таким образом, чтобы у черта был выбор: нести хозяину кофе или нет. И Владимир принес. Опять притворяется? Или уроки понемногу, но идут впрок? Если так, учить придется еще чаще.
Черт, стараясь держаться ровно, поставил поднос на столик и замер по стойке «смирно», ожидая приказаний. Хорошо. Пока он ведет себя как положено. Но не успел Вертемягин порадоваться новым успехам, как с неудовольствием заметил, что Кузнецов слишком пристально разглядывает черта и хмурится.
– В чем дело? – немного резко спросил старший колдун.
– Владимир настолько сильно пострадал во вчерашней схватке с дивом или это вы его так… наказали?
Вертемягин мысленно выругался. Полностью скрыть следы воспитания не получилось. Хотя все тело черта закрывали штаны и рубаха с длинным рукавом, сине-зеленые пятна расплывались по лицу, да и на шее все еще был отлично виден след удушающего ошейника.
А кисти рук выглядели синими и опухшими.
– А это не ваше дело, Антон Васильевич, как я своего черта наказываю. Через его лень я чуть жизни не лишился. А он завтра как новенький будет.
– Так ведь и лишились бы, кабы див не подоспел. Ну да ладно, дело и правда не мое. Давайте лучше узнаем, что его задержало. – И Кузнецов вдруг улыбнулся такой мерзкой улыбочкой, что у Вертемягина свело скулы. С этим молодым пронырой тоже надо держать ухо востро. Ишь, шустрый какой, не иначе метит на место старшего следователя!
– Слышал? – рявкнул Вертемягин на черта.
– Отвечай. Докладывай четко, что у преступника был за черт, где и когда ты его заметил и почему не схватил.
Владимир глаз не поднял, что тоже можно было отнести к успехам в воспитании, и бесцветным монотонным голосом заговорил:
– Выслушав доклад полицейского дива, оценившего дива преступника как «очень сильного», я вылетел на место, засек подозреваемого вблизи набережной и начал преследование.
