Группа дружно усмехнулась. Кажется, домысленное на слова Ли показалось им куда интереснее.
Гулко звякнул колокол, сообщая, что лекция окончена. Ученики, перешептываясь, вышли в коридор, и едва кабинет опустел — вернулся декан Алмор. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.
— Госпожа Дарк, потрудитесь объяснить, почему ученики считают дозволительным так общаться с преподавателем?
— Как будто вы не знаете Ли, декан Алмор. Ни за что не поверю, что он никогда не подкалывал вас.
— Знаете, меня ему не так интересно подкалывать, как молодую привлекательную преподавательницу.
Так что будьте любезны, поставьте его на место, чтобы впредь он не позволял себе подобного.
— Вы назвали меня привлекательной? Разве такое поведение дозволительно для декана в адрес своей подчиненной? — приподняла одну бровь я.
Лесс стушевался. Если бы я его не знала, то решила, что он просто приревновал меня к Ли. Или Ли ко мне. Кто их, остроухих, знает.
— Надеюсь, что подобное не повторится, — холодно бросил верлен.
— Да, я тоже надеюсь, что мне больше не придется подобные нотации выслушивать, — мило улыбнулась я и направилась снимать учебные пособия с доски.
— Учтите, что это может стать темой одного из собраний, — судя по звуку, Лесс развернулся на пятках и направился к двери.
— Да пожалуйста, — выпалила я.
Еще вчера этот белобрысый прикидывался мне другом, а сегодня уже превратился в какого-то невыносимого зануду, который осмелился еще и угрожать мне, что нажалуется деканам и ректору. Да хрисса с два он нажалуется!
Свиток с изображениями трупоедов обрисовал красивую дугу под потолком аудитории и стукнул верлена четко в макушку.
Тот, обернувшись, посмотрел на меня с такой гаммой эмоций во взгляде, что я сразу перестала злиться и еле удержалась, чтобы не рассмеяться в голос. Даже губы поджала на всякий случай, чтобы улыбку спрятать.
— Госпожа Дарк…
— Декан, — пытаясь задавить рвущийся наружу смех, проговорила я. — Подайте свиток, пожалуйста. А то у меня… упало.
— Ветром сдуло? — попытался со злостью поинтересоваться верлен, но я готова была поклясться, что он сейчас тоже на грани приступа хохота.
— Именно, — все еще сдерживая смех, ответила я.
Верлен показательно положил свиток на стол, снова одарил меня угрожающим — вернее, ему казалось, что угрожающим, — взглядом и удалился.
Я осталась в аудитории в одиночестве, уже не зная, сержусь я на Лесса или хрисс с ним.
Несмотря ни на что, мы с Лессом не разговаривали уже три дня.
