Хотя с учетом того, что речь бы прозвучала вопреки всему как «ну это… не то чтобы… ну, в общем, мы с тобой… вот… ну… э-э-э…», это было даже к лучшему.
Я превращалась в сказочную дуру, когда дело касалось чувств и разъяснений."
"Если бы в окрестностях ошивалась еще хоть одна живая душа — ну или хотя бы адекватная мертвая, — то скорее всего она бы решила, что ревнивый супруг застукал свою благоневерную в чужих объятиях, после чего убил конкурента и с гордостью удалился из своего дома, а пойманная на месте преступления предательница семенит за ним, что-то пытаясь объяснить, но постоянно натыкается на стену ледяного равнодушия.
Изумрудный дракон выел половину травяного покрова за нашим «домом» и сейчас уставился на нас, чавкая с особым остервенением, словно ждал, что мы ему вынесем целого свежезарезанного барана, но этого не произошло. Увы, ночью нам было не до баранов, и дракон явно видел в нашем поведении какой-то скрытый цинизм в грубой форме.
Необходимость оправдываться уже перед вторым мужчиной за утро вынудила меня проникнуться к себе некоторым сочувствием.
Ибо оправдываться я бы все равно не стала, но сразу два укоризненных взгляда — один страшнее другого — это был перебор.
Молча взобравшись на спину к дракону и еле подавив в себе желание перед ним извиниться, я заранее приготовилась к трудной посадке. Вот ничего хорошего его сопение не предвещало.
Но я ошиблась. Посадка была как раз удивительно мягкая, зато с точки зрения тайного побега — неудачная.
Так как спрыгнули мы чуть ли не в объятия Безликого.
— О! — воодушевленно вознесла указательный палец вверх я. — Вот ты-то мне и нужен!
Либо столь живой восторг напугал бедолагу, либо что-то такое он увидел в наших лицах, но от былой уверенности у Безликого не осталось и следа, и он, точно пугливая курица, опрометью кинулся в глубь трактира, смешно помахивая рукавами, будто желая вспорхнуть.
Я рванула следом, сразу же на пороге налетев плечом на разносчика и выбив из его рук стопку тарелок с кружками.
Мерно завтракающие усопшие (а может, не такие уж они и усопшие, просто тоже в свое время не смогли устоять перед хорошей «жизнью») резко вскинули головы, вздрогнув от неожиданности, и, заметив, что я заметалась между двумя дверьми — черного хода и кухни, — неуверенно указали мне на последнюю.
Впрочем, появление перепуганного Безликого и взбешенной некромантки они встретили еще спокойно.
