В дальнем конце вагона басовито раздавался приглушенный разговор двух мужчин. Стараясь не шуметь, Марчук вышел из вагона и прошел в тамбур жесткого вагона, откуда хорошо были видны подходы к поезду.
Неожиданно на дороге окруженный облаком пыли показался «Виллис». Машина уверенно пересекла первую линию охранения и остановилась недалеко от поезда. Невольно сглотнув, Марчук вытащил из кармана гранату. Другого более подходящего случая может не представиться.
* * *Если где и возможно искать Марчука, так только в Гжатске.
Диверсант обладал какой-то невероятной интуицией, всякий раз опережая его на шаг. Возможно, в это самое время он спрятался где-то внутри состава, чтобы совершить диверсию против товарища Сталина.
Старшина уже сидел за рулем прогреваемой машины и терпеливо дожидался спешащего Романцева. Плюхнувшись на переднее пассажирское сиденье, распорядился:
– Гони в Гжатск, на вокзал!
– Понял, – отозвался старшина и, отпустив сцепление, выехал на шоссе.
Без остановок проскочили усиленное КПП – дежурные, заметив на лобовом стекле пропуск военной контрразведки, почтительно расступались, предоставляя дорогу на выезд.
Подкатили к оцеплению из молодых бойцов, уважительно посматривающих на штабную машину. Но вместо высокого чина из салона выскочил старший лейтенант с петлицами артиллериста и с уверенностью в голосе, какая может быть только у людей, наделенных немалой властью, поинтересовался:
– Где тут у вас начальник поезда?
– Товарищ Егоров? А вот он, стоит с машинистом, – показал один из бойцов на лобастого круглолицего полковника в полевой фуражке.
Но полковник, уже заметив шагающего Романцева, решительно устремился ему навстречу:
– Старший лейтенант, что вы делаете на охраняемом объекте?
– Товарищ полковник, разрешите доложить, – спокойно отозвался на грозный полковничий рык Тимофей Романцев.
– Не разрешаю! – рявкнул полковник. – Кругом и марш отсюда! – Тимофей продолжал стоять. – Бегом! – побагровел начальник поезда."
"Старший лейтенант Романцев, не тронувшись с места, терпеливо выдержал громоподобные раскаты полковничьего баса, а потом, достав удостоверение сотрудника СМЕРШа, представился:
– Старший оперуполномоченный военной контрразведки Романцев.
У нас имеются серьезные основания полагать, что в спецпоезде укрылся немецкий диверсант с целью уничтожить товарища Сталина, – выделяя каждое слово, проговорил Романцев.
– Что?! – невольно ахнул полковник.
Достав из кармана платок, он снял фуражку и протер гладкий выбритый череп.
