На дно спускались с помощью приставной лестницы. Вокруг валялись лопаты, буры, инструмент – было видно, что работа идет широко.
– Умеете жить, – хрустнул суставами Ганин. – А еще есть чего?
Степа бухнул к его ногам новый куль.
– Вот, – сказал он. – Натурально мешок с деньгами.
Монеты из мешка были под стать мечу. Черные, странно тяжелые в руке, они уставились в Ганина побитой чеканкой. Профили бородатых царей, неведомые звери и птицы. «Ты наш новый хозяин?» – как будто спрашивали у державшего их человека.
«Ну, допустим, я», – отвечал легкомысленный человек. «А по силам ли тебе будет нас унести?»
– Каково? – спросил, заглядывая через плечо, Степа.
– С ума сойти, – признался Ганин.
– Вот и мы тоже: челюстями брякнули оземь и глазам не поверили. Остальное-то у них так, по мелочовке – если не попрятали, да не успели сбыть. Но вот эти два мешка – истинно клад!
– Мы – экспедиция! – заворочалось на земле одно из тел.
– Цыц! – встрепенулся Серега, потыкал в тело обрубком «шмайсера». – Мало тебе перепало? Лежи, не гунди.
– За нападение на научную экспедицию вы ответите перед законом! – отмахнулся мужик и стал подниматься.
Был он сухощав и обрит налысо. Когда встал, оказалось, что он с Серегу ростом, и оттого – из-за длинноты своей, из-за сутулости и спускавшихся почти до самой земли рук – показался Ганину похожим на орангутанга. Выглядел мужик калачом тертым."
"– Экспедиция, значит? – ухмыльнулся Ганин. – А скажи мне тогда, милый человек, если ты экспедиция. Зубы у тебя сгнили в экспедиции, а? Или вот эту вот наколочку, – он отвернул рукой край майки мужика и нашел там тело, разрезанное уголовной синевой куполов и ликами святых, – эту наколочку вам в научном мире вместо степени присуждают?
– Не трожь, – процедил глухо мужик.
– Не трожь… – передразнил Ганин. – Вон товарищ тоже из вашей экспедиции? – Он кивнул туда, где скулил, свернувшись клубочком, Фока. – Тоже ученый? Если да, так я вас обрадую: мне этот ученый кое-что должен. Где наш «MG», Фока? Пулемет где? А? Не слышу.
Фока не отвечал. Кровавая размазня лица его хлюпала.
– Молчишь? Ну, молчи. А я так думаю, раз ты у нас кое-что взял по дружбе и не вернул, то теперь и мы кое-что возьмем взамен, верно? Тоже по дружбе, без обид.
– Возьми, – осклабился мужик, блеснув фиксой. – Возьми и посмотришь, что потом будет.
– И что же? Ученое сообщество напишет петицию?
Не отрывая от Ганина глаз, мужик медленно провел большим пальцем по шее:
– Секир-башка.
