Кажется, в последний раз он курил в прошлой жизни. Он вытянул ноги. Солнце с другой стороны окна заставляло жмурить глаза. Если забыть, что происходит, было хорошо.
– Так что не так с моей внешностью? – прервал его негу человек.
– Ваша внешность делает вас незаметным, – сказал Ганин. – Вы не слишком худой и не слишком толстый. Ваши черты лица правильные, но ничем не примечательны. Даже ваши рубашка и брюки – белое и серое, что может быть банальней? Другими словами, у вас идеальная внешность, чтобы заниматься сбором информации.
Люди просто не заметят вас, выбалтывая свои тайны.
Человек пригладил волосы и усмехнулся.
– Если бы вы видели ценники на этой рубашке и брюках, вы бы поостереглись упрекать меня в банальности. Полагаю, вы догадываетесь, зачем я здесь?
– Догадываюсь. Вы здесь, чтобы спросить меня об оружии. Вам важно знать, что за люди шарахаются в лесу и какие вещи они в нем находят. Вы хотите подстраховаться и собрать больше сведений о них. Неучтенный боевой арсенал в их руках пугает вас.
– Ну, пугаются люди неподготовленные, а у нас, слава богу, десятки лет оперативной работы за плечами. А вот про оружие узнать действительно интересно.
– Я могу вас огорчить, – сказал Ганин. – Про оружие я не знаю ровным счетом ничего. Ваши коллеги в лесу меня уже спрашивали. И я им ответил. Иногда земля подбрасывает нам кое-что – ржавые «шмайсеры», гильзы, каски. Один раз нашли гранату. Но все находки мы оставляем на месте: в команде у меня двое деревенских, они люди суеверные – считают, что, обирая мертвых, хорошей жизни не жди.
– Мне кажется, вы лукавите, Андрей, – человек побарабанил пальцами по столу. Его пальцы, казалось, жили отдельной жизнью. Пока все остальное сохраняло неподвижность, пальцы кружились, танцевали странный танец, сцеплялись и расцеплялись. – Вы знаете? Про вас ведь уже ходят легенды. Куда ни пойдет Андрей Андреевич Ганин, везде что-нибудь да найдет – вот как говорят про вас люди. Рассказывают даже, что вы используете для поиска военных трофеев волшебство.
– Волшебство? – удивился Ганин. – Где оно было, это волшебство, когда меня везли в кутузку?
– Я надеюсь, вас не били? Я слышал, вы жаловались на почки, – человек изобразил озабоченность.
– Что вы! Разве доблестные стражи порядка на это способны? Почки – это старая травма.
Сигарета закончилась. Расставаться с ней не хотелось. Окурок, когда Ганин давил его в пепельнице, зашипел и обжег ему палец.
– Я хотел бы прояснить кое-что.
