Я вообще не поняла, что это было. Вот совершенно не поняла. Какой-там защититься?!
— Это я! Я должна была стать матерью наследницы! И это мое место! — нависая надо мной прорычала леди Туари. — Я была первой женой! Меня избрали наместники и народ! Это мое место! Я с детства воспитывалась как королева!
— Но ты не она, и уже вряд ли ею станешь. — Прохрипела я, все также мысленно взывая к фею. Мне с огромным трудом давалось каждое движение.
— Это мы еще посмотрим. Поверил же Данерт, что я не была в тянута в историю с пыльцой фальенса.
О, как жаль, что он казнил только троих. — Она спятила, отчетливо поняла я. Или не спятила, а просто тварь, которая не останавливается ни перед чем и идет напролом к своей цели. Даже по головам. — Леди Ритане придется очень несладко. А теперь, отдай колокольчик.
Сопротивляться я не могла, но пальцы свело, и пока она выцарапывала из моих рук средство связи с прислугой, поцарапал. Но своего добилась. И тут же отчаянно в него затрезвонила.
— Сюда! Миледи плохо! Скорее! Помогите, — а наклонившись ко мне, и очень тихо шепнула, — а я еще обязательно рожу наследника принцу и тогда…
Что она хотела сказать, я уже не услышала.
Я и так была права во всем. И в том, что Данерт отозвался на мои эмоции, и в том, что леди Туари была пригретой на груди змеей. Только это все стало неважным. Неважным, потому что я вдруг с ужасом поняла, что у меня невыносимо мокро между ног. И липко. И даже горячо.
— Сабрина! Держись! — верещал над головой недофей, который только что появился и явно пытался колдовать.
Но у него, видимо, выходило плохо.
Потому что сознание уплывало, тело забилось в судорогах, мало того, меня еще и выворачивать начало.
«Зря я Анлунирона домой отправила», — прежде, чем отключиться, подумала я. — «Кто ж знал, что все так сложится. Годовщина смерти его родителей, а заодно день памяти предков и покушение на мою жизнь.»
Глава 26
Мне отчаянно не хватало воздуха. Я хотела дышать и никак не могла избавиться от мерзкого запаха нашатыря. Стоп? Откуда здесь нашатырь?
— Доченька, ты очнулась, — я распахнула глаза и не поверила им.
Надо мной склонилась встревоженная мама.
И очнулась, и даже закашлялась.
— Я же просила не утягивать ее так туго, — укоризненно покачала головой мама, обращаясь к кому-то за гранью моей видимости.
Боже, я умерла, да?
Мама легонечко рассмеялась.
— Сабрина, от примерки свадебных платьев никто не умирает. Ты переволновалась, девочка моя. И тебе слишком туго корсет затянули.
