И вот сижу, плету Снежке косички и слушаю её наставления.
— Так, — тоном училки продолжает. — Пока меня не будет — не шали. Папу не обижай.
Да попробуй тут твоего папу обидеть — укусит!
— Не буду, — заверяю её. — Я вообще дома праздную. Сейчас только тебя папа к маме отвезёт, и всё. Поеду к своей семье.
— Да ну тебя, — обиженно произносит. Уверена — ещё и губки поджимает. — Нет, чтобы с папой поиглаться, ты его бросаешь.
— Ты тоже, — напоминаю ей.
— Да это всего-то на два дня! У вас же влемя будет. Сблизиться!
— Нет, — говорю твёрдо и тяну её за косичку.
Чтобы лишнего не болтала.
Снежка обхватывает голову ладошками и громко кричит:
— Ой-ёй! Рвут! Рвут волосы!
Вон как зарычала!
— Мы же говорили с тобой на эту тему. Папа твой — говнюк. Но я заставлю его больше уделять тебе времени. Мы только начали.
— Говнюк? — переспрашивает. — А кто это?
Вот чёрт! Совсем не слежу за тем, что говорю!
— Забудь, — неловко отзываюсь и поглаживаю её по головке.
— Ла-а-адно, — недовольно шипит. — Ну что там, готово?
Завязываю резиночку, поправляю колоски и довольно киваю.
— Готово! — презентую ей и зеркальцем вокруг головы верчу, чтобы царевна всё осмотрела. — Ты вещи собрала?"
"— Собрала, — в доказательство своих слов бежит к своему розовому чемоданчику. Открывает его, показывая своего любимого зайца Никиту, несколько мячиков и колпак эльфа. Сказала, что хочет быть эльфом на Новый год. Как у Санты из фильма. Ну, а я что скажу? Пусть будет, конечно.
Встаю с кровати, вздыхаю от того, что находится в чемодане.
Доверилась, называется…
— Ну ты, блин…
Быстро собираю ей вещи на два дня. Пихаю кучу трусов, которые Снежка меняет пять-шесть раз на дню, и столько же платьев. Потому что вместе с трусами надо поменять и гардероб.
Еле закрываю чемодан.
А потом сама же и тащу его к выходу.
Ставлю у входа, помогаю Снежке одеться.
— Ты её сейчас в мумию превратишь, — слышу смешок позади. Знаю я, кто это. Спонсор моей бессонницы и мёртвых нервных клеток. Я нервничать начинаю, когда о нём думаю! Не могу по-другому объяснить, почему сердце как дикое колотится.
— Чтобы не заболела, — ворчу, ещё и шапку поправляю. Она их не носит, но платок её всё равно так сильно не защищает от холода! А там снег. Метель! Вот и подарок мой пригодился.
— Ей идти до машины две минуты. Мать её уже приехала.
— Эй, — восклицаю, поворачиваясь недовольно к папашке. — Не учи меня, как ребёнка одевать.
— Молчу, — закатывает глаза.
То-то же!
Всё, заканчиваю с одеванием моей капустки.
