Шумно сглатываю, чувствуя сухость во рту.
Подкинула же мне жизнь испытание в виде этой семейки…
— А есть за что? — говорит с паузой. — Ну, помимо наших догонялок.
А я уже неосознанно ладонями веду по его плечам. Есть меня за что наказать, есть. Я дочку твою из виду упустила, но это так, мелочи жизни, которые мы преодолели.
— Я уверена, ты найдёшь повод, — заигрываю, выдыхая. Вытягиваюсь и в душе смущаюсь этих ладоней у меня на бёдрах. Хватаюсь за ворот рубашки и чуть отрываюсь задом от стола. Дотрагиваюсь грудью до его твёрдого торса и делаю так, чтобы наши лица оказались друг напротив друга.
— А ты и не против, — говорит прямо в губы.
Его ладонь скользит выше, под клетчатую юбку. Сдвигаю колени и резко дёргаюсь вперёд.
— Не против, но… — бегаю взглядом по его лицу и едва не касаюсь его губ. — Придётся подождать. Ты явно не решишься войти в красное море, окрасив свой меч кровью. Поэтому…
Резко отстраняюсь от него.
— Не судьба, дядь, — пожимаю плечами.
— Думаешь? — усмехается.
Внутри немного тревога бьёт.
— Меня таким не напугаешь.
— Давай в следующий раз, — бью его по плечу. А сама спрыгнуть со стола хочу, но не выходит. А надо бы уже бежать. К девственнице Варе возвращается её здравое мышление. А вся её игривая сторона и вовсе стирается, превращаясь в пустоту.
Марат дотрагивается пальцами до моего подбородка, поднимает его. И снова смотрю в его игривые глаза. Если до этого он смотрел на меня выжидающе, ошеломлённо, даже завороженно, то сейчас…
Нет всего этого.
— Думала, я не раскусил тебя? — усмехается.
— У тебя плохо получается играть соблазнительницу, Варь. Из-за твоего поведения и дрожащих пальцев я начинаю думать, что ты девственница. Целуешься неумело, неловко. И совсем не умеешь заигрывать. Хм-м, интересно, насколько я верен в своих догадках?
Мне так хочется сейчас просто взять и убежать, но я словно истукан сижу на столе, хлопаю ресницами и кусаю губы. Краска приливает к лицу, и я не знаю, что ему сказать.
Но не успеваю, потому что лицо Марата меняется первым.
И его удивленные слова летят мне прямо в губы.
— Да ты гонишь.
Я настолько смущена, а он в ступоре, что я слетаю со стола и бегу на выход. Выпрыгнув в коридор, бегу, решая помочь Снежке с поделкой.
Вся горю и с трудом вижу перед собой хоть что-то!
Понимаю, что ничего не произошло, но как же стыдно! До безумия!
Как ему теперь в глаза смотреть? Не знаю!
Но пока теряюсь в коридорах и пытаюсь найти детскую комнату. Останавливаюсь возле двери и стучу, чтобы войти.
