Его голос чуть смягчается. — Что у вас произошло?
Хоть и добрее стал, но я обиду затаила. Пусть теперь не роняет мыло в душе! И не нагибается! У меня дома бита есть — Машка раньше увлекалась бейсболом.
— Уже ничего, — надуваю губки и осматриваюсь по сторонам. Гляжу на витрины, оценивая то платья, то туфли. — Всё решили сами.
— Подружились?
— Ну, как тебе сказать… — опускаю взгляд на девочку. Которой нет.
Хлопаю глазами, не понимая, почему возле моих ног обычные ступеньки, а не серенький шарфик, прикрывающий уши.
Зависаю, не веря в то, что вижу.
Она пропала!
— Варя?
— Мы подружились, да!
В панике снова осматриваюсь. Бегаю взглядом по головам, пытаясь найти маленькую девочку в роскошной шубке и сером платке. Ведь здесь больше таких нет!
— Она такая милая! И вообще — лапочка ещё та.
— Ты сейчас точно про мою дочь говоришь?
Я соскакиваю с эскалатора и даже оборачиваюсь назад, чтобы проверить, не глумится ли надо мной Снежка.
Но и там её нет! Провалилась словно сквозь землю!
Паника с головой захлёстывает.
И волнение.
И беспокоюсь я сейчас не из-за того, что это дочка миллиардера, а потому что маленький ребёнок непонятно где, накануне праздников потерялся где-то в торговом центре, полностью забитом людьми!
— Дай мне её.
Сердце делает глухой удар.
— Она занята, — выпаливаю.
— Чем?
Голова вмиг опустошается. Ни единой мысли нет.
Поднимаю голову вверх и, читая тёмную вывеску, выпаливаю:
— Смотрит одежду в Интимисими.
Я не сразу понимаю, что говорю.
— Магазин белья? Моя дочь в магазине белья, наполненном эротическими трусами и лифчиками?
Понимаю, что сейчас проколюсь. Почему я говорю прежде, чем думаю?!
— Я! — кричу. — Я покупаю эротическое бельё!
На меня косятся несколько пацанов и женщина, проходящие мимо, но мне сейчас плевать! Мне главное — потом не остаться без головы, когда я не найду дочку этого узурпатора.
Всё продолжаю смотреть по сторонам и наконец вижу сваю маленькую занозу, которая говорит с какой-то женщиной, сжимая в варежках чужие пальцы!
— Мне потом покажешь.
— Потом! — кричу. — Поговорим потом!
Сбрасываю звонок и бегу между людей к одной маленькой язве. В голове сейчас только одно представление, как я ремнём осыпаю маленькую задницу.
А в груди облегчение.
Я не умру!
— Пошли, милая, со мной, — слышу отдалённо.
