В конце концов, сегодня ты чертовски некрасиво повела себя в зале, мне больше не нужны такие сюрпризы.
— Но я ведь все исправила.
— Да толку-то, отец итак не особо верил, а теперь и подавно.
— И что ты хочешь? — перехожу на шепот, боясь, что Влад нас услышит. — Чтобы я переспала с тобой что ли? Используй для этого свою психологини.
— Секс с тобой меня интересует в последнюю очередь, Крис. Мне нужно, чтобы ты и сама поверила, как сильно сходишь по мне с ума, тогда не придется устраивать это шоу. Поэтому я помогу тебе, взамен ты поможешь мне.
На мгновение, я теряюсь от его предложения. О какой помощи он говорит, что еще хочет получить от меня? Да, пощечина сегодня была лишней, но мы не обговаривали тактильные штуки. Никаких поцелуев.
— Я тебя не понимаю, — честно говорю, а сама продолжаю прислушиваться к тому, что происходит в коридоре.
— Влад Туманов, — от одного сочетания этих букв, у меня сердце ухает к пяткам. Во рту становится так противно, словно я съела за раз несколько тухлых овощей.
— Вы знакомы?
— Относительно, — пожимает Руслан неоднозначно плечами. — Я знаю о нем немного, довольно противный тип. Отец у него судья, раньше был в низах, потом кому-то взятку отстегнул и батьку подняли. Отмывает всяких подонков, то еще правосудие, знаешь? — на последней фразе Соболев закатывает глаза.
— Ого, — только и могу выдать. Я ничего не знала про семью Влада, он говорил, что живет с мамой и отчимом, что его мать работает в городской библиотеке, а отчим ветеринар.
— Что он тебе сделал, Лисица? — вопрос в лоб, словно удар под дых.
Отвожу взгляд.
— Ничего, — хмуро отзываюсь. — А теперь выходи."
"— Ладно, — Руслан отвечает так, словно уже что-то задумал. И мне бы схватить его за руку, не дать выйти из раздевалки, но я почему-то позволяю Соболеву покинуть это маленькое помещение. Затем быстро переодеваюсь, а у самой руки трясутся. Перед глазами так и вспыхивает тот день в школе, как я шла по коридору, будто по парапету — шаг в сторону и ты покойник.
Я была уверена, что сильная и никто меня не сломает, но сломали, унизили и убили веру в людей, в любовь.
Да, может я и пишу про это, создаю в мире своих героев романтику, пытаюсь донести до читателей, что в нашей жизни есть место чуду и прекрасному, но сама не уверена ни в том, ни в другому. Где-то внутри, я даже боюсь влюбиться. Боюсь, что со мной произойдет снова нечто ужасное, и я буду реветь так горько, что задохнусь.
Нет! Любви в моей жизни не будет места.
