Он будет держать меня за руку, провожать домой после занятий, и ревновать, если кто-то засмотрится больше положенного. Хочу верить, что я ему нравлюсь, тем более у него больше никого нет. Эти мысли настолько успокаивают, внушают надежду, что даже когда в комнате внезапно включается свет, и раздается стук в дверь, я не прячусь под одеяло с головой. Лишь натягиваю его, стараюсь укрыться, и то, потому что смущена.
— Сейчас, — Соболев бросает на меня пьяненный взгляд, коротко улыбается, и с неохотной поднимается с кровати.
— Руслан Михайлович, — кажется, это охранник. — На минутку можно?
— Ну чего еще? Сами никак?
— Вы не могли бы отогнать свой мотоцикл? Там дерево… мне кажется, вот-вот рухнет.
И Соболев, хлопнув дверью, уходит. Зато я рада. Хоть смогу быстренько одеться, привести себя в порядок."
"Тело до сих пор словно горит, да и щеки. Замечаю в зеркале, что они румяные как маки. И вся я какая-то не такая будто. Кажется, даже увереннее и красивее стала. Так странно все это, но приятно, настолько, что не могу перестать улыбаться.
Знаю, что со стороны вероятно похожа на дурочку, да и пофиг.
Когда я уже оделась окончательно, представляя себе, что будет по возвращении Руслана, как мы будем говорить и о чем, случайно заметила его мобильный. Он вибрировал на столе. Вообще-то я не страдаю любопытностью, вот только телефон так активно звонил и имя на экране, заставило мое сердце болезненно сжаться.
Оксана. Не нужно быть гением, чтобы понять, кто это такая.
А после двух пропущенных, на экране отразилось сообщение.
И снова, судя по иконке, от нее. Внутри меня раздирало от ревности, злости, негодования. Он же сказал, что у них все — баста. Зачем тогда психологини ему звонит? Что хочет? Почему не может просто оставить его в покое?
Закусив губу, я решаю сделать то, что считаю абсолютно неправильным. Нельзя лазить в чужие телефоны. Нельзя читать чужие переписки. Но мне нужно знать. Просто знать, что меня не обманывают. Что я не наступила на одни и те же грабли второй раз.
Не ошиблась. Не буду потом реветь в голос в подушку, когда правда раскроется. Я должна знать сейчас, быть уверенной в Руслане — его искренности.
Дрожащим пальцем, провожу по экрану, сняв блокировку. Удивительно, но у Соболева нет пароля. Захожу в переписку и… тут же зажимаю ладонью рот. Глаза быстро пробегаются по тексту:
«Русик, я соскучилась. Смотри, уже жду тебя».
А следом ее фотка… Без одежды.
Я сглатываю. Значит, он соврал. Значит, у них все еще… отношения.
