Как минимум сутки у нас есть.
Хватка посмотрела на советника. Тот если еще и не до конца понял, что происходит, то наверняка догадывался.
– Мы полагаем, кто-то решил от нас избавиться, – сказала Хватка со вздохом. – Пожалуй, сейчас не лучшее время иметь с нами дело…"
"Колл мотнул головой и снова посмотрел на мага.
– Целитель, скорее.
Молоток переглянулся с Перлом, тот состроил страдальческую гримасу.
– Мы идем, советник. Ведите.
«…встал над Оссериком, соратником верным, разбитым и с лицом окровавленным, лежащим бесчувственно.
И пал Аномандр на колени и взмолился Тысяче Богов, и опустили те взор свой на Оссерика, и узрели кровь на лице его. Преисполнившись жалости, пробудили они Оссерика, и поднялся он.
Так стал он перед Аномандром, и стояли они лицом к лицу, Свет супротив Тьмы, Тьма супротив Света.
И разгневался тогда Аномандр. „Где Драконус?“ – воззвал он к верному соратнику. Ибо прежде Аномандр собственною рукою поразил злого тирана, Погибель элейнтов, в кровь разбил лицо ему, а после ушел, велев Оссерику сторожем стоять над поверженным.
Пал тогда соратник на колени и взмолился Тысяче Богов, дабы укрыли они его от ярости Аномандровой. „Поражен я был! – воскликнул Оссерик. – Перехитрила меня Сестра Злоба! Отвернулась от меня Тысяча Богов, и лишил меня чувств удар. Гляди, в крови лицо мое!“
И почернел тогда Аномандр грозовой тучей, и померк Оссерик аки солнце в бурю. „Однажды, – молвил Аномандр, – союз наш прекратится и вновь станем мы врагами, о Сын Света, Дитя Света.
Будем мы бороться за каждую пядь земли, за каждую сторону неба, за каждый родник живительной влаги. Тысячу раз схлестнемся мы в поединке и не будем ведать друг к другу жалости. Я нашлю беды на весь твой род и дочерей твоих. Затмит разум им Тьма Неведения, и рассеяны они будут по неведомым краям, и поселится в сердцах их злоба, ибо навеки между ними и Тысячей Богов встанет темная туча“.
Такова была клятва, данная в гневе Аномандром, и, хоть стоял он один, длань его помнила сладостное и обманчивое прикосновение Госпожи Зависти.
Свет супротив Тьмы, Тьма супротив Света – двое мужей, коих оружьем своим избрали сестры, дочери Драконусовы. Так стояли они незримые и довольные тем, что видели и что слышали.
Порешили тогда, что Аномандр снова пустится в путь, дабы настигнуть злого тирана, а затем и уничтожить его да про́клятый меч его – мерзость пред ликом Тысячи Богов, – а заодно и тех, кто склонился перед ними.
