Глиняная масса сорвалась с круга и шмякнулась о стену, повисела немного, затем с хлюпаньем сползла на пол.
Торвальд удивленно обернулся. Жена сидела с таким лицом, какого он не видел… уже порядочно долго.
– Погоди! – воскликнул он. – Никаких новых дел с ними, клянусь! Дорогая, они просто посредники, и всё…
– Торвальд Ном, если я узнаю, что ваша троица снова что-то затевает, я лично закажу тебя убийцам.
– Знаешь, ты им всегда нравилась.
– Торвальд…
– Понял, любимая, понял. Не волнуйся. С Ожогом и Леффом я больше не вожусь.
Обещаю. Да и зачем? Мы же теперь богаты.
– Беда со списками в том, – сказал Ожог, – что в них много имен.
Лефф кивнул.
– Да, точно, беда. С именами ты попал в яблочко. У них ведь наверняка было целое собрание, как думаешь? Вот они, ростовщики, вальяжно устроились в тесной, прокуренной комнате, вокруг ходят юные красотки, кормят их виноградом, а в углу сидит писарь с перепачканным чернилами лицом и ведет список. В нем всякие неудачники, отчаявшиеся или глупые настолько, что готовы подписать любую бумагу, согласиться на любой, даже самый дикий процент.
Верно ты говоришь, Ожог: имена. Имена бедных и отчаявшихся дураков.
– Вот-вот, а когда список составлен, за него берутся другие бедные и отчаявшиеся дураки.
– Эй, погоди-ка, мы не бедные!
– Бедные-бедные. С тех пор как Торвальд Ном нас кинул. Признай, Лефф, он был у нас головой. Ты попытался его заменить, и к чему это привело? К прокля́тому списку с прокля́тыми именами.
Лефф поднял палец.
– Но теперь-то у нас есть Крупп.
Он уже разыскал нам шестерых.
– Да, и мы их сдали. А знаешь, что случилось дальше? Дальше к ним посреди ночи стали ломиться мордовороты с угрозами или чем похуже. Из-за нас, Лефф, люди страдают. Серьезно так страдают.
– Страдают они из-за того, что не могут расплатиться. У них есть выход – бежать, причем не просто из города, а за сотни лиг – туда, где их никто не знает. Вот только они не бегут, а знаешь почему? Потому что запутались в сетях и сети их держат. Кроме того, у них здесь мужья, жены и дети.
Да, жизнь тяжелая, но хотя бы все вокруг привычно. Понимаешь, о чем я?
– Не-а.
Лефф удивленно моргнул.
– Я хочу сказать…
– Чего они в эти сети-то полезли? В озере захотелось поплавать?… Да и дело ведь не только в долгах. Здесь еще шантаж и вымогательство, и я подумал…
– Нет-нет, Ожог. Я не собираюсь с этим связываться.
– Я лишь предлагаю обсудить все с Тором. Вдруг он что-нибудь придумает?
– Если он вообще появится.
– Появится, Лефф, вот увидишь.
