В глазах у Салти зажегся бы грустный огонек, омраченный горьким осознанием, что она для Резчика больше не годится, и надеждой, что звание убийцы вознесет его на такие выси, откуда он перестанет замечать простую официантку. Любая попытка поддержать дружбу будет воспринята как жалость и снисхождение, а каждое неверное слово или упущенный взгляд будут отзываться слезами.
Как незаметно проходит то время, когда можно мечтать о будущем, и вспоминая об этих мечтах, человек с ужасом осознает, что уже не ему открыты все дороги, а вон тем юнцам, которые окружают его со всех сторон, смеются в таверне, носятся по улицам…
– А ты изменился, – сказал Мурильо.
– И не уверен, что к лучшему.
Он лежал на кровати, подпертый подушками. Сальные волосы были распущены.
Резчик посмотрел на старого друга и спросил:
– А что значит «к лучшему»?
– Вот именно. Когда мы виделись в последний раз, ты бы не задал такой вопрос и уж явно не таким тоном. Кто-то разбил тебе сердце, Крокус… Хочется верить, что не Ваза Д'Арле!
Резчик усмехнулся и покачал головой.
– Нет. Представляешь, пока ты не произнес ее имя, я даже про нее не вспоминал… И да, Мурильо, теперь я зовусь Резчиком.
– Как скажешь.
Ну так он и сказал. Видно, Мурильо еще не настолько поправился, чтобы вести нормальный разговор. А если он вложил в эти слова какой-то подтекст, то, может, Крокус и заглотил бы наживку, а… А в моей душе темнота.
– Значит, Семь Городов? Небыстрое небось вышло возвращение.
– Что поделать, добирался по морю. Пошли северным путем, мимо архипелагов.
Целых два сезона проторчали в крошечном порту. Зимой бушевали шторма, но это было ожидаемо; весной начался ледоход – и вот этого не ожидал никто.
– Надо было напроситься к морантским торговцам.
Резчик отвел глаза.
– Выбирать не приходилось. Ни корабль, ни попутчиков.
– Значит, плавание тебе не понравилось?
Вздох.
– Попутчики тут ни при чем. Даже сказал бы, что среди них я нашел себе хороших друзей…
– И где они сейчас?
– Не знаю. Гуляют по городу, наверное.
– Познакомишь?"
"Резчика почему-то покоробил внезапный интерес Мурильо к тем, с кем он путешествовал. К чему вообще этот вопрос?
– С кем-нибудь, наверное. Часть сошла на берег и продолжила путешествие. А остальные… Посмотрим.
– Да ладно, мне просто было любопытно.
– Любопытно что?
– Кого из друзей – старых или новых – ты стыдишься больше.
– Никого я не стыжусь!
– Прости, если обидел. Я не нарочно… Резчик. Просто ты какой-то… беспокойный, что ли.
