Пришлось подняться на торговую улицу, пробежаться по магазинам и срочно купить купальник. Без примерки! Чувствовала себя отвратительно! Не покупка, а безобразие.
— Зачем так переживать?
— Был бы женщиной — понял. Для женщины после тридцати купальник важнее любой другой одежды. Все тебя видят, рассматривают, оценивают. Тут надо скрыть, это подчеркнуть, чтобы не жало и не болталось, а расцветка — отдельная тема. В общем — проблема. А я схватила первое попавшееся — и галопом. Ужас!
— Теперь понимаю.
— Отсутствовала я не меньше получаса, но Назаров никуда не делся.
Я расположилась метрах в двадцати от него. Вот здесь, подальше от воды. Мой подопечный к этому времени флиртовал с какой-то дамой. Немолодой — и это меня удивило. Назаров — мужик в расцвете сил, подтянутый, с харизмой, а вокруг столько красоток. На пляже всегда женщин больше, чем мужчин.
— Наверное, желание раздеться и продемонстрировать свои прелести у вас в крови.
— Поговори у меня! Женщины о здоровье больше заботятся.
— Как выглядела та дама? О чем Назаров с ней говорил? — вернулся к главной теме Коршунов.
— Я не могла слышать их разговор, но поначалу он не был веселым. Это точно. Женщина выглядела расстроенной. Назаров активно пытался ее развеселить, даже затащил в воду. Она не оценила такой подход и вскоре ушла.
— Это была случайная встреча?
— Не думаю. Расстались они достаточно нежно. Прикосновение рук, теплый взгляд. Со случайной пассией, которая тебя отшила, так не прощаются.
— Он мог передать ей документы?
— О, господи! Не забывай, тогда я ничего не знала о ваших документах.
Я наблюдала за клиентом, чтобы определить его маршруты, привычки и выбрать удобную точку для выстрела.
— И все-таки?
— По-моему, у него был пакет с полотенцем.
— Да в нем можно что угодно спрятать! Что это за дама? Ты можешь ее описать?
— Дама… На время выполнения задания у меня словно включается фотографическая память. Я запоминаю каждую деталь. Но потом лучше все забыть — иначе свихнешься. Я стираю воспоминания.
— Ну попробуй, Светлая.
— У нее была тяжелая грудь и закрытый купальник… Черный, по-моему… — Я задумалась, пытаясь припомнить что-нибудь еще, но вскоре бросила бесполезное занятие и возмутилась: — Коршунов, имей совесть, семь лет прошло!
— А еще говоришь — фотографическая память. Какого размера грудь? Покажи похожую.
Он небрежно скользнул взглядом по моему бюсту и стал высматривать женщин с формами. Ну, гад! У меня грудь маленькая, но не обвисшая. Не стыдно и топлес ходить.
