На подъезде к рыбацкому поселку мы заметили рассеянный дым. Во дворе Дорина гудела пожарная машина и заливала водой черную кучу тлеющих досок. Нестерпимо пахло гарью. Нас встретил сутулый седеющий человек с хитрым прощупывающим взглядом.
— Что случилось? — выскочил навстречу ему из машины Коршунов.
— Я думаю, поджог. — Незнакомец с подозрительным интересом изучал меня.
— Черт! Черт! Там могли быть документы.
— Хорошо, если они сгорели. Но в нашем деле надо всегда предполагать худшее.
Коршунов метнулся из стороны в сторону, как бык на привязи, беспомощно уронил руки и представил собеседника:
— Это Егор Иванович.
Тот, продолжая колоть меня пронизывающим взглядом, пошевелил тонкими губами:
— Зря я кое-кому дал адресок.
Я обошла пепелище и вышла к морю. Около моторной лодки, приткнутой к берегу, суетился рыбак, толкнувший меня вчера за борт. Он с опаской покосился на мои руки: не вооружилась ли я новым пистолетом. Убедившись, что сегодня я спокойна, рыбак спросил:
— Что с моторкой-то будет? Если так оставить, сопрут.
— Это доринская?
— Его.
Я посмотрела внутрь. В мотке веревки застряла непонятная трубка с кольцом.
— Это что? — поинтересовалась я.
— Огонь поиска. Световое сигнальное устройство из спасательного жилета. Вырываешь чеку — и огонь, — пояснил рыбак.
— А где спасательный жилет? — осмотрелась я.
— Вы оранжевый ищете? Мы такими не пользуемся, неудобный. А вот страховочный жилет в камуфляжной окраске — самое то для бывшего военного. Вот, на мне, посмотрите.
Рыбак был одет в плотный пятнистый жилет на молнии.
Меня как обожгло. Я вспомнила, что, когда цеплялась за Дорина, на нем был точно такой же жилет!
— Он держит на воде?
— А то! — гордо приосанился рыбак. — Если руками работаешь, можно плыть. Жилетами укомплектованы все плавсредства, даже частные. Мы соблюдаем правила.
Набегающий с моря ветер отгонял дым от воды. Сухие песчинки перекатывались к дюне. За ней колосилась высокая трава, шелестели листвой кусты, растопыривали кривые ветки сосны. Невольно подумалось, что в камуфляжном жилете не только легко плавать, он помогает прятаться среди дикой природы.
Среди кустов что-то блеснуло. Или мне показалось? Наверное, собственный пирсинг в пупке сделал меня излишне восприимчивой к любому блеску. Я хотела подойти, чтобы разобраться, но меня окликнул Коршунов.
— Светлая! Возвращаемся в «Усадьбу».
Прежде чем сесть в «Ауди», Кирилл швырнул стопку бумаг на заднее сиденье.
— Что это? — спросила я.
— Передвижение «Арктик стар» по миру.
