Большей частью приукрашенными.
После разговора количество вопросов о Дорине увеличилось. Я позвонила Коршунову, впопыхах разъяснила ему свои подозрения. Однако нарвалась на раздраженный голос. Он был чем-то раздосадован и не преминул сорвать злость на мне.
— Я не знаю, кто такой Дорин, и знать не хочу! Тебе нужны были сведения об Истомине — ты их получила. И что в итоге? Пшик. Ты сама не веришь в его виновность. Теперь у тебя другая идея, ты нашла нового кандидата в маньяки. И опять я должен срывать всех ради пустой работы.
Остановись! Мы ищем совсем другое. Остался один день, а мы в полной заднице!
Я отключила связь. И зачем я только звонила, я же решила, что действую самостоятельно. У нас разные расследования и разные цели. Когда Коршунов через некоторое время перезвонил, я не взяла трубку.
Я продолжала думать. Мысль крепла. Однако для полной уверенности мне не хватало информации. После отказа Коршунова помочь мне мог только один человек — неведомый, но всезнающий Егор Иванович.
Я нашла в смартфоне его контакты.
Выдохнула и позвонила. Разговор получился скользкий. Ушлый собеседник тонко выпытывал меня о цели новых запросов, просил подозвать подполковника Коршунова. Я стояла на своем, а когда беседа зашла в тупик, не выдержала и заявила:
— Вы обязаны оказывать нам любую помощь. По крайне мере, сегодня и завтра. Это приказ генерала Рысева. Мне что, позвонить ему?
Егор Иванович стушевался и обещал помочь. Через час я получила четкие ответы на свои вопросы. Сомнений не осталось. Теперь я знала, кто виновен в убийстве двадцати четырех девушек.
51
Пятый день, Калининград, 17-50
Рассерженный Кирилл Коршунов вышел из отеля «Дона», протопал по брусчатке к своему автомобилю. Какой-то козел припарковал «Мерседес» вплотную к его «Ауди». Коршунов раздраженно схлопнул боковое зеркало «Мерседеса», чтобы открыть свою дверцу. Откуда ни возьмись, раздался вызывающий голос: «Эй, мужик, ты че творишь?» Офицер так злобно зыркнул на толстого увальня с сигаретой, прибежавшего с другой стороны парковки, что тот счел благоразумным предложить подвинуть машину.
Но Коршунов уже втиснулся в свое авто и резко газанул, чуть не проехав толстяку по ногам.
Он только что повздорил по телефону со Светланой. А все из-за чего? Отказал ей в глупой просьбе. Она в ответ отключила связь. Даже не стала уговаривать. Но разве он виноват? Он долго не отказывал ей ни в чем. Но сколько можно заниматься ерундой, через день истекает отведенный срок. За ним последует… Лучше об этом не думать.
