— Боюсь, что я ничем не смогу вам помочь, — растерянно пробурчал тот, не поднимая на меня глаз и продолжая сверлить глазами портрет.
— Не можете или не хотите?
— Это не имеет значения.
— Владислав Витальевич, вы — юрист, поэтому как никто другой должны понимать, что в любой ситуации важно соблюдать законность, а покрывать преступников только потому, что вас связывают с ними личные отношения, это может вам же самому выйти боком.
— Вы мне угрожаете?
— Нет, я хочу, чтобы вы поняли всю серьезность ситуации. Эта девушка подозревается в убийстве, а вы ее укрываете.
— В убийстве?! — Голос Гуревича прозвучал глухо и как-то надломленно.
— Да, в убийстве. Я понимаю, вам нелегко сразу поверить в это, но придется.
— Нет, я в это никогда не поверю. — Гуревич выронил листок и закрыл лицо руками. — Этого просто не может быть!
— Увы, но у меня есть много оснований, чтобы подозревать эту особу.
— И других подозреваемых у вас нет? — злорадно осведомился он.
— Были, но сейчас их круг сузился до одной персоны, до девушки по имени Галя.
Боюсь, что она познакомилась с вами только для того, чтобы отомстить кое-кому из близких вам людей…
— Познакомилась со мной? Вы считаете, что она для этого вот познакомилась со мной? — На лице у Гуревича появилась какая-то горькая ухмылка.
— Да, ей очень надо было пробраться в ваш дом, потому что она решила с особой изощренностью отомстить кое-кому из ваших близких.
— Познакомилась со мной, чтобы отомстить моим близким? Это же смешно!
— Нет, это не смешно, а скорее грустно.
— Скажите конкретнее — кому она собиралась отомстить и как именно?
— Она решила замести следы убийства, свалив его на другого человека, хорошо знакомого вам.
— Замолчите! Я не верю ни одному вашему слову! — гаркнул Гуревич, потом регистр его голоса несколько повысился, но в нем стали отчетливо проскальзывать презрительные нотки: — Вы, девушка, большая фантазерка и авантюристка!
— Меня зовут Татьяна Александровна, — в очередной раз напомнила я. — У меня серьезная профессия.
Я — частный детектив, и расследование, которым я сейчас занимаюсь, тоже очень серьезное.
— Я помню все, что вы мне здесь наплели. Думаю, что вы пришли сюда, чтобы шантажировать меня.
— Если бы я хотела вас шантажировать, то пообещала бы рассказать о ваших шалостях жене, Раисе Никитичне, но я взываю к вашему разуму. Вы понимаете, как любовная связь с убийцей может повлиять на вашу карьеру? Рано или поздно я докажу ее вину, и ваше имя будет звучать в суде.
