, точнее, инициалы Жюля Коба. Связь между трупом и сообщением указывала на то, что труп оказался в машине вовсе не случайно, как я могла предположить раньше, но что я, Дани Лонго, была сознательно выбрана уже в пятницу, чтобы этот кошмар стал реальностью. Это было очевидно.
Не знаю, спала ли я. В какие-то мгновения в мой сон вторгались эпизоды поездки, начиная с Орли, причем так отчетливо и неумолимо, что я открывала глаза. Маленькая карточка на стойке отеля «Ренессанс». Раздраженный голос хозяина: «Лонго. Даниэль-Мари-Виржини.
Двадцать шесть лет. Работаете в рекламном агентстве. Это не вы?»
Чье-то неожиданное появление у меня за спиной в туалете станции техобслуживания. Луч фонаря жандарма, осматривающего салон машины. Он просил открыть сумку. Девочку зовут Морин. Они говорили, что видели меня, что говорили со мной, что я ехала в противоположном направлении, в сторону Парижа рано утром на рассвете в эту субботу.
А потом действительно наступил рассвет, глаза у меня были открыты, я смотрела, как в комнату мало-помалу проникает свет, и думала: «Нет, это не было глупой шуткой, придуманной случайно встреченным шофером грузовика, в этом деле, задуманном против меня, все должно состыковываться.
По одному только богу известной причине кому-то потребовалось убедить окружающих, что я уже была в эту субботу на исходе ночи между Маконом и Авалоном. Точно так же этот некто воспользовался моим телефоном, моим обликом, моими темными очками, моим именем. Люди, узнававшие меня, не лгали. Они меня “видели”, только это была другая женщина в другой машине, которая…»
Похоже, я пыталась пробить головой каменную стену.
Я села в кровати и чуть не закричала. Полное безумие. Никто ничего против меня не замышлял. Я могла внушать себе все, что угодно, но никто – если не брать в расчет какого-то экстрасенса – не мог заранее придумать и связать меня телефонограммой с незнакомым мне покойником, которого положат в машину без малого два дня спустя, черт-те где, за много сотен километров от моего дома. Более того, никто не мог заранее поручить другой женщине выдавать себя за меня на определенном участке национальной автомагистрали номер 6 за двенадцать или пятнадцать часов до того, как я там окажусь.
Никто на свете не мог знать в ту пятницу ни в 18 часов 55 минут, ни на рассвете в субботу, что мне взбредет в голову что-то несусветное и что я, как полная идиотка, позаимствую машину своего начальника и действительно вечером попаду на автомагистраль номер 6 на пути к морю.
