— Давай ещё раз ударимся? — смотрит влюблёнными глазами, закусывая нижнюю губу.
Меня уговаривать не надо.
Воспоминания о её поцелуях были для меня, как укол анестезии этой ночью. Вспомнил, и стало легче, не так болело.
Мы целуемся как ненормальные, у меня опять крышу сносит. Сначала короткие частые поцелуи, а потом глубокие, до дезориентации.
— Ты на работу? Я отвезу, — отпускаю её наконец-то, приходя в сознание.
Мы выходим на улицу.
— Не надо, я такси вызову.
— Никакого такси! И с работы встречу.
— Глеб, тебе спать надо, — пытается включить мамочку.
Мне и своей хватает.
— Сомневаюсь, что я в ближайшую неделю смогу нормально спать, — показываю забинтованные руки.
— Зачем ты полез их разнимать? А если бы насмерть загрызли?
— Ну не загрызли же. Надеюсь, Дикий выкарабкается… У него там тоже всё тело заштопано.
— Людмила Николаевна сказала, что у тебя теперь шрамы останутся, — жалостливо берёт меня за ладони.
— Шрамы украшают мужчин. Радуйся, что лицо не тронули, а то кого бы ты греческим богом называла, — обнимаю и трусь носом об её курносый.
— Ты мне любой нравишься, — улыбается так, что внутри бабочки запорхали.
— Позапрошлой ночью ты мне другое говорила, — намекаю на её признание.
— Я поспешила с выводами, — отводит загадочно глаза.
Вот только не надо забирать слова обратно.
— Ну и напрасно. Потому что я тоже в тебя немного влюблён, — чмокаю в губы.
— Немного? — шутливое огорчение в глазах, но вижу, что довольна.
— Да, я пока на первой стадии, — ещё один лёгкий поцелуй.
— Так не бывает, Морозов! — немного отводит голову в бок, и мой следующий поцелуй приходится ей в шею.
— Бывает… Влюблён, но чуть-чуть, потому что ты та ещё заноза, Белка. И пойдём уже, а то скоро весь дом на нас поглазеть сбежится.
Она оглядывается по сторонам.
Заметила?
Все на нас, как на музейный экспонат, таращатся. Я здесь не раз целующиеся парочки заставал, и на них так не смотрели.
Мы что, особенные?
Ой, ещё скажите, что здесь дети и им нельзя такое видеть. По телевизору и не такое показывают.
* * *Очередная сигарета отрезвляет мозг, который хочет спать. Поеживаюсь от прохладного ветерка, который пробежался по улице.
Осень уже хозяйничает, не смотря на то, что днём ещё тепло.
Смена Алины должна закончиться через двадцать минут. Эх, если бы не мои швы, сегодня ночью я бы точно от неё не уехал. Но теперь придётся ждать, пока раны позволят мне делать ЭТО.
— Что-то ты к нам зачастил, Глеб? — подходит ко мне Альбина, администратор караоке.
