Поэтому с удовольствием вынырнула из объятий сна. Открыв глаза, не сразу поняла, где нахожусь. Вокруг почти темно, но один источник света имеется. Компьютер Рикера. Супруг все также, кажется, даже позу не поменял, сидит в обнимку со своим гаджетом. А я, видимо во сне, переползла к нему под бок, положив голову на живот. Окончательно осознав, где и с кем нахожусь, шарахнулась в сторону, переместившись на край широкой кровати. Супруг как-то лениво повернул ко мне голову.
— Что не спишь?
— Который час? — буквально прохрипела.
Почему-то во рту была настоящая пустыня. Видимо, это от таблеток. Свой компьютер я оставила в своей комнате, не думала, что пригодится. Рикер кинул мимолетный взгляд на экран.
— Еще рано. Три утра.
— Можно мне пойти попить?
Рикер вздернул, казалось в удивлении, бровь.
— Иди.
Соскользнула с кровати и направилась на кухню. Выпила не меньше литра воды. Вот это сушняк. Все же я с большим недоверием отношусь к различным таблеткам, и экспериментировать больше не буду. Задумалась над тем, надо ли мне возвращаться в комнату мужа.
Почему он позвал к себе, но делать ничего не торопится? Может сейчас, когда проснулась, начнет активные действия? В любом случае он вроде бы меня не отпускал.
Вернулась в спальню супруга и вновь легла в кровать. На самый краешек. И опять ничего не происходит. Рикер все также в своем компьютере. Мне сон больше не идет. Я тревожно ворочаюсь и тяжело вздыхаю в ожидании своей участи.
— Миа, спи уже. Не собираюсь я тебя трогать, — послышалось слегка раздраженное от мужа.
Во мне неожиданно проснулось нестерпимое любопытство.
— Зачем мне тогда вместе с Вами спать?
— Потому что отныне мы муж и жена, — еще более раздраженно буркнул супруг.
Мне логика мужа осталась неясна. А до этого мы кем были? Но, похоже, пока лучше оставить эту тему, Рикера она действительно раздражает.
— А почему Вы сами не спите?
— Бессонница.
— Могу порекомендовать хорошее средство, — успокоительное на меня, видимо, все еще продолжает действовать, раз мне удается вести какой-то диалог с мужем.
— Не поможет. У меня это уже довольно давно. Можно сказать, это особый вид болезни. Однако пары часов сна под утро мне достаточно для нормальной жизнедеятельности организма.
— Почему Вы мне все это рассказываете? — это и, правда, довольно личные подробности, фактически Рикер рассказал мне о своей слабости.
— Потому что ты и так об этом узнаешь. Я же сказал, теперь мы спим вместе. Это не обсуждается.
