Но я сама едва ловила дыхание. За кого я испугалась — за хама на столе, что хлюпал носом в крови, за себя или за Шинара? Он вообще знает, что значит осторожность?!
— Я могу выйти отсюда, помня ваши оскорбления, — заговорила я нервно, призывая всю храбрость. О, не такого конца дня я ждала, и слова будто прыснули с языка сами! — Вернусь завтра, уже не таясь, с дюжиной охранников. Наглостей, что вы произнесли, достаточно, чтобы схватить вас и перевернуть вашу лавку вверх дном. Уверена, мои люди найдут здесь и другие поводы вас арестовать!
Торговец захрипел и сплюнул кровь на столешницу.
Мои ноги, если честно, дрожали. Мысли носились в голове, ища, за что зацепиться — и вдруг совершенно внезапно нашли.
— Вы сказали «лично»? То есть, встреча через доверенных лиц вас бы не удивила?! Я хочу узнать, вели ли вы дела с кем-то из высшего света — мы ищем того, кто мог навредить короне, мессир! Простолюдинке такое ни к чему!
Лавочник ещё что-то прохрипел, но всё же высвободил руку и махнул охраннику. Тот отступил.
Даже дверь прикрыть изволил… правда, я уже сомневалась, что это в наших с Шинаром интересах.
— Простите, госпожа, — выдохнул алхимик, слегка отрывая голову от стола, когда принц наконец ослабил хватку. — Если вы и впрямь её высочество… А ладно, не столько мне платят за прикушенный язык! Прикажите вашему цепному псу отступить, и я расскажу, что знаю.
Шинар и бровью не повёл на «пса» — кажется, ему нравилось играть роль до конца. А вот на меня бросил первый после вспышки взгляд… и что-то такое таилось в его глазах, отчего мне стало жарко.
Он мной доволен? Удивлён? Кажется, я могу усвоить хоть один урок за день — хотя он проделал основную работу!
Когда Шинар и впрямь приотпустил торговца, тот быстро заговорил:
— Мозги китеры, значит? Приходил ко мне один тип в том году. Искал эти самые потроха… Так это штука не дешёвая, из грязи не подымешь. Есть у меня один знакомый капитан — может сплавать до Зубастого моря и привезти хоть самого чёрта оттуда, но задерёт цену. И потом, от этой дряни нужно отрезать мелкий отросток, высушить и не испортить.
Как понимаете, дорогой заказ! Я кивнула. Шинар нетерпеливо повернул нож в руке, сомневаясь.
— Потому я потребовал плату вперёд. И не смотрите, что я сижу в Котле — дела здесь идут знатно! Я всегда хочу ведать, чьи дурные прихоти исполняю. Вот я и спросил…
— И что услышал?
— Тот тип отвёл меня на встречу с вашим, мать его, святейшим отцом! Как видите, не тот человек, которому можно отказать.