— Кто же её не любит то!
И не понятно было о чём Матильда Карловна в этот момент думала: о любви к партии, к супу, или длинноногой, красивой но слишком уж худой комсомолке.
— Я вот тут вам подарки привезла. — Сидорова дрожащей рукой протянула объёмный пакет и неизвестно зачем выдала подсказку подруги. — Илона говорила, что вы это любите.
— Взятку значит решила всучить с порога? — Родительница старшего из семьи Ивановых заглянула в пакет, и поинтересовалась. — А что тут?
— Немного, но всё свежее! — поторопилась с ответом испытуемая на правдивость.
— Конкретно, что? — Голубые глаза внимательно вглядывались в карие.
— Две бутылки Столичной, десять пачек Беломора, килограмм карамели и кило копчёной селёдки! — Отчиталась Наталья перед экзаменаторшей.
— Первые две позиции особенно скоропортящиеся. — Подначила немка учительницу. — За них спасибо отдельное и можешь сильно не переживать, сегодня же вечером уничтожим свежак с подругами к чёртовой матери. — Она достала из пакета и положила на стол сельдь и конфеты.
— А вот это вместе сейчас попробуем, ступай, почисти рыбку на кухне, — не попросила, а потребовала коммунистка, — Я скажу пару слов внуку и чуть позже присоединюсь."
"— Ты про женитьбу это серьёзно? — насела она на Льва, едва непризнанная пока невестка скрылась из вида. — Думаешь, эта дохлячка сможет выносить здорового Карла?
— Бабуль, не начинай!
— Ещё и не приступала. — Матильда взирала с укором на внука подведшего глаза в потолок. — Сам знаешь, что твой недоносок отец сменил мою благородную фамилию на отцовскую.
Ближе к народу быть захотел, паршивец! А мне, что прикажешь делать? — она показушно вздохнула, пытаясь выдавить хоть слезинку, но не смогла, добавив плаксивым голосом. — Встречусь с отцом там, — указав пальцем на потолок, — что отвечу на вопрос о наследниках? Мало того, что Блудерфендов под корень извели, так теперь и от Карлов отказываетесь? — наезжала она на внука. — Тебя чёрте кем назвал этот полоумный любитель саванны, девчат не спросивши меня обозвали.
Она замолчала на несколько минут жуя ртом не существующую сигарету, мирно дымащую в пепельнице, что — то обдумывая и наконец выдала:
— Это всё Алевтина! — Кивнула она головой. — Подлая её душа, зря я дала согласие на их брак, надо было его на Кларке женить сестре Розки Маклаковой, вот где родители настоящими коммунистами были, не то что это ворьё Старыгины!
— Зря ты так, баб, они помогли отцу встать на ноги.