Дальше все как обычно: рытье позиций и укрытий, размещение обоза, проверка всех и всего. В завершение – прибытие в штаб дивизиона для личного доклада.
Надо отметить, что подполковник Григорович не отобрал у меня трофейные орудия. Мало того, он снарядил целую экспедицию по местам боев во главе с офицером штаба дивизиона, включив в состав пару орудийных мастеров для ремонта пушек в полевых условиях. Пустых повозок приготовили около пятидесяти штук. Снарядов у нас хватало, но и запас лишним не будет.
Успешным ли будет этот вояж – неизвестно, может, уже ушлые наши коллеги прибрали орудия к рукам. Время покажет.
Я в очередной раз поднес к глазам бинокль, наблюдая закат. Красиво. На западе солнце коснулось гряды невысоких сопок, подсветив зелень желтоватым светом. Растительность враз окрасилась разноцветной радужной палитрой. Это явление длилось короткое время, но и его хватило, чтобы насладиться зрелищем, радующим взгляд. Невольно сравнил закат в этих широтах с закатом в моем родном Шпреньгринштадте.
Хоть здесь неимоверно красиво, но как мне кажется, закат на юго-востоке европейской части России ярче и насыщенней.
– Подпоручик, может, достаточно на сегодня службы? – услышал я голос капитана Шестернева, – уделите нам немного своего времени. – Мы со штабс-капитаном Корде к вам в гости. Не прогоните?
– Господа, я всегда рад встрече с вами. Прошу в мою палатку.
– Станислав Владимирович, давайте пообщаемся без официоза, – предложил Корде.
– Вот, Иван Модестович, со мной согласен.
– Сергей Петрович, у меня нет возражений.
– В таком случае, предлагаю воспользоваться предложением Станислава Владимировича, – взял инициативу на себя Шестернев. – Мы прибыли к вам, Станислав Владимирович, не одни, а в компании с бутылочкой отменного Шустовского коньяка. Если вы пригласите в палатку остальных офицеров батареи, мы возражать не станем.
Отдал распоряжение дежурному по батарее пригласить ко мне в палатку прапорщиков Агаркова и Митрохина.
Молодые офицеры прибыли незамедлительно. К их приходу мы успели немного сервировать стол. Нарезали ломтиками копченый балык из говядины, твердый сыр, в небольшой тарелке исходили соком дольки лимона. Шестернев, подобно фокуснику, извлек из портфеля пузатую бутылку коньяка и несколько стеклянных рюмок. Разлил в емкости янтарную жидкость. В палатке распространился приятный аромат коньяка.
