Изначально Штайнлиц не планировал меня подключать к работе с агентурой. Как я полагаю, у группы лиц стоит главная задача – личное обогащение. Я для этой цели подходил отлично, имея наработанные коммерческие связи, и к тому, вхож в дом к одному из влиятельнейших в Европе банкиров. Об этом я вам докладывал, и получил ваше одобрение работать в этом направлении. Тем более что под таким прикрытием, мои разведывательные возможности выросли.
Я бы серьезно обдумал возможность сыграть на компрометирующих материалах, имеющихся на руководство австрийской разведки.
Или вы считаете, что созданная ими система личного обогащения будет приветствоваться высшими кругами империи? Такая информация дорогого стоит. Это я для примера говорю. Можно не вербовать их, так как основа подобная не является эффективной, а просто, в конце концов, скомпрометировать дельцов от разведки и обезглавить разведку противника после начала военных действий, которые не за горами! У меня такое ощущение, что вся с таким трудом добываемая мною информация идет прямиком в корзины высокопоставленных начальников нашего военного ведомства.
Почему такая информация пропадает зря, кто за это в ответе?!
– Но вы за все время работы не разоблачили ни одного шпиона!
– Неужели вы полагаете, что я каждый день буду по несколько вражеских шпионов разоблачать, выпытывать у них все тайны, а потом заставлять их строем отправляться на расстрел или на виселицу? А вы, Александр Петрович, как-то быстро забыли, что благодаря моим трудам, удалось прихватить нескольких австрийских разведчиков на юге империи.
Также я нашел и нейтрализовал предателя, узнал о судьбе пропавших наших разведчиков.
– Вы обещали его передать мне в руки в целости и сохранности. Однако же поступили по-своему, провели допрос и убили.
– Из Константинополя до Санкт-Петербурга как мне было доставить Игнатьева, на себе тащить?
– Могли бы что-то придумать. В посольство России, в конце концов, могли бы обратиться с запиской.
– Александр Петрович, послушайте себя, что вы говорите? Что с вами случилось? Здоровье у вас в порядке?
– Рассудок мой не помутился, уверяю вас, а на самом деле, издергался весь за последние полгода.
Руководство требует непонятно чего. Я дважды в неделю делаю доклад по анализу обстановки в странах возможного противника. Но у меня интересуются только количеством разоблаченных и расстрелянных шпионов, а какие меры приняты по нашей информации, проходят мимо высокопоставленных ушей.
