– Александр Петрович, – перебил я Терехова, – я сильно – сильно соскучился по детям и родителям, прям, сил нет. Понимаю отлично, что моя служба не предполагает частых контактов с семьей, но может, есть такая возможность, не подвергая опасности общее дело повидаться с родными. Наша компания имеет устойчивые связи со швейцарскими оружейниками, поставляя им специальную сталь. Я лично курирую это направление, неоднократно бывал в Берне, вел переговоры, заключал договоры. Скажу откровенно, несколько раз подумывал самовольно поехать в Тарасп.
– В принципе, вы можете съездить на пару дней, не афишируя перед родными своего теперешнего имени, и надеюсь, рассказывать о месте жительства вы не будете.
– Тайны я хранить умею. Замок все также находится под наблюдением?
– Кто вам об этом сказал?
– Сам догадался."
"– Нет, наблюдение снято шесть месяцев тому назад. Вы в свое время здорово проредили ряды пламенных революционеров, еще и Снигиреву информацию подкинули. Не отпирайтесь, я догадался, что это вы прислали ему список.
На первых порах Корпусу жандармов удалось многих активных членов радикальных партий упрятать за решетку, стравить руководителей между собой. В столице и Москве только пух, и перья летели от каждодневных перестрелок революционеров. А потом начался спад революционной активности, и жандармское начальство успокоилось. Работа ведется, но без особого огонька. О вас и вашей семье уже все давно забыли, я несколько раз запускал проверку, на сей счет. Можете при встрече сказать отцу, что он может перевозить всех назад в Россию.
Правда, по моим сведениям Владимир Михайлович перевез в Швейцарию саркофаги из вашего фамильного склепа. Зачем он это сделал мне неведомо. Также дошли до меня слухи, что ваш батюшка передал в аренду сахарозаводчикам Терещенко большие площади в Екатеринославской губернии. Лично с вашим отцом я не смог переговорить, он стал просто неуловимым, и в столице бывает очень редко и непродолжительное время.
– Отец в своем репертуаре. Если он чем-то заинтересовался, то посвящает решению, самим же придуманных задач все свободное время.
Вы, Александр Петрович, ничего мне не сказали о развитии контакта с Франческой Колетти.
– Не успел. Вы меня сразу своей просьбой о свидании с семьей с мысли сбили. Так вот, госпожа Колетти очень интересная дама, а ее связи еще более интересные. Особенно нам нужны ее контакты на судостроительной верфи «Германия» в городе Киль, где заложены и готовятся к спуску новые типы германских миноносцев.
