– В этом вопросе я вам не помощник, у меня нет познаний в этой области.
– Прошу меня извинить за доставленные вам неудобства своими вопросами, но я обязан был для себя выяснить некоторые обстоятельства.
– Надеюсь, моими ответами вы удовлетворены?
– Вполне.
Ротмистр ушел, а на душе остался неприятный осадок. Четко и логично он выстроил всю цепочку событий. Знай он о моем умении обращаться с коротко- клинковым оружием, вцепился бы подобно клещу. Отвертеться было бы очень сложно. Хотя, свидетелей нет, улики отсутствуют, попробуй, докажи, что я в доме отметился.
Но на всякий случай с этим умным ротмистром ухо нужно держать востро, а черкесский кинжал – надежно спрятать, от греха подальше. Также я нашел способ переправить столичным жандармам адреса и фамилии активных членов РСДРП (б), проживающих в Санкт-Петербурге и в окрестных деревнях. Пока переписывал список, изменяя свой почерк, извел много листов бумаги, хотел даже бросить это занятие, но потом пересилил себя.
Через две недели у меня состоялся разговор с Тереховым на эту же тему.
Я использовал примерно такой же стиль беседы, как со Снигиревым, то есть, не видел, не знаю, и тому подобное. Александр Петрович это далеко не Снигирев, он подходил к проблеме основательно с разных сторон, задавал по нескольку раз одни и те же вопросы, изучал мимику моего лица. В конце концов, полковник сдался.
– Ну, чувствую я, что выпускаю из внимания какую-то очень важную деталь в своих умозаключениях, а вот какую – понять не могу. Уверен, что с революционерами вы разобрались, а вот полностью выстроить логическую цепочку событий не могу.
– Оно вам надо, Александр Петрович?
– Понимаете, Станислав Владимирович, эту акцию провел хладнокровный, уравновешенный, расчетливый и хорошо подготовленный профессионал. Он сделал дело, нигде не засветился и не оставил улик, что может говорить о значительной практике. У вас с практикой нестыковка, а всему остальному вы соответствуете. Не подумайте, что я переживаю за революционеров. Они – враги государства, пытающиеся расшатать и повалить существующий строй, им этого позволить никак нельзя.
Хочу понять, где я недорабатываю по отношению к вам.
– Вам виднее, ваше высокоблагородие. Я, что смог – рассказал.
– А что не смогли?
– То не рассказал.
– Ладно, оставим эту тему. Как у вас продвигается учеба?
– Нормально. Предполагаю, к окончанию второго курса смогу вытянуть на золотую медаль."
"– Вот этого Станислав Владимирович делать не стоит, даже не тянитесь на серебряную медаль.
