– У вас, господин оберлейтенант, рана на руке воспалена, мне придется ее вскрыть и произвести чистку, – задумчиво произнес уставший доктор. – Предполагаю, что в ране что-то осталось и это вызвало воспаление. Не надо бояться, я все сделаю быстро. Будет немного больно, потерпите.
Пока говорил доктор, фрау Марта успела принести необходимые инструменты и препараты. Фукс приступил к экзекуции. Не передать, какие чувства испытывает человек, когда ему делают пусть и маленькую операцию, но по живому. Минут через двадцать доктор продемонстрировал мне крохотный кусочек металла – шипастый осколок, указав, что это он вызвал нездоровье в моем организме.
Сил больше не осталось. Я откинулся на подушку весь в поту. Спасением от боли стал укол, сделанный фрау Мартой – я с радостью нырнул в забытье.
Очнулся ночью. Интересно получается, я стал вести в основном ночной образ жизни. Оно, в принципе, хорошо – никто не мешает разобраться в сложившейся ситуации и строить дальнейшие планы. На первом месте у меня было выздоровление.
С имитацией дрожи в руках я перестарался, она была самой настоящей без доли притворства. Похоже, воспаление в руке способствовало возникновению озноба. Сейчас я ничего подобного не ощущаю. Есть немного саднящая боль в руке и не более. Далее мне надо определиться с местом, куда меня доставили в бессознательном состоянии. Бодрствование в этот раз было коротким, я незаметно для себя уснул.
Улыбающийся Фукс в сопровождении неизменного своего спутника – фрау Марты – зашел в палату.
– Я вижу, вы уже проснулись, – сказал военврач, присаживаясь на табурет рядом с кроватью. – Речь к вам еще не вернулась?
В подтверждение его слов покачал головой. Жестами изобразил желание написать.
Доктор достал из кармана блокнот и карандаш.
Страшно неровным почерком, на немецком языке написал два вопроса: – Где я? Кто я?
– Даже так, – удивленно произнес Фукс. – Вас доставили несколько дней назад. В сопроводительных документах указано, что вы командир роты, оберлейтенант Петер Вебер.
К документам прилагался ваш личный офицерский жетон, и деревянный нательный крестик. При каких обстоятельствах вы получили ранение в карточке не указано. По моему опыту могу сказать, что вы попали под близкий разрыв снаряда, тип ранения тому свидетельство. Плюс к ранениям у вас контузия, вас два дня рвало одной желчью. Невозможность говорить я отношу к последствиям контузии, а вот потерю памяти я затрудняюсь объяснить – не мой профиль.
