— Анабель, как Ир стал таким я понял. А вот где это он умудрился?
— На Вечере Женихов, — не стала скрывать я.
— Где?! — резко развернулся страж. Ледяные крылья с острыми краями перьев раскрылись. Серебристая молния. Вспышка. Опадающие и истаивающие льдины щита.
И разгневанное шипение.
«Она — человек! У нее нет реакции драконов!», — сложилась кривая ледяная надпись.
Крылья моментально сложили и прижали. А от меня и вовсе отодвинулись на почтительное расстояние. Правда, при этом насмешливо посматривая на злящегося дракончика.
Отчего ледяной еще больше взбесился.
— Всегда знал, что чем мельче, тем вреднее, — сообщила горгулья.
Они продолжали ругаться. А я…
Я неожиданно для себя погладила маленького дракончика, успокаивая. Серебристая чешуя была холодной, словно я взяла в руки снег, и колола кожу. Но я продолжала успокаивающе гладить.
Ледяные, горгулья и дракон, замерли, странно уставившись на меня.
Ир посмотрел на мою ладонь, все еще гладящую, на меня… и промолчал. То есть даже не зашипел.
Гребень вдруг стал менее острым, словно режущую грань втянулась. А чешуя стала приятно теплой. И будто бархатной.
— Ладно. Отнесу парня Трею, пусть посмотрит. И сферу ему отдам. Он у нас этими штуками занимается, — вдруг решила горгулья.
Зерит… И тут я вспомнила!
— Рыбка! Ей нельзя без Зерита. Она как Ир!
Я вскочила (дракончик недовольно тихо зашипел, кажется, что-то ругательное) и растерянно замерла, рассматривая разгромленную комнату. А она вообще еще жива?
Неприятный холодок пробежал по спине.
Но прогнав нехорошее предчувствие пошла в ту часть, где рыбка была в последний раз.
Через пятнадцать минут поисков накренившийся кувшин с рыбкой был найден. Кувшин оказался между стеной и досками, что остались от тумбочки.
Облегченно выдохнув, я подхватила кувшин и оглядела живую рыбку. Но тут водоплавающая дернулась, выпустила большой пузырь и закатила глаза.
— Что это с ней? — пробормотала, когда рыбка неожиданно перевернулась пузом кверху. — Шок дошел?
— Неа.
Меня увидела и в обморок упала, — сказали за спиной. Через плечо протянули ледяную лапу и ткнули когтём в кувшин. — Кхм. Знакомы, что ли?
Когтем задумчиво еще пару раз ударили по стеклу. Едва заметное движение глазу. И срезанный верх кувшина ловко поймали на лету. Ледяной пятнадцатисантиметровый коготь погрузили в воду и задумчиво поводили по кругу. И насмешливо-уверенно сообщили:
— Притворяется.
Рыбка не дернулась.
— Качественно притворяется.
