После беседы с отцом он вышел из кабинета и направился к оранжерее, предполагая, что найдет Аню там. Если мать завела разговор на любимую тему, это надолго. А он больше не мог находится в сводящей с ума неопределенности.
Когда вошел, они оживленно обсуждали какое-то растение. Он прислонился к дверному косяку и принялся рассматривать Аню, пользуясь тем, что она не видит. Жаль, если она попытается все разрушить. Он решил, что попробует объяснить, только был совсем не уверен, что это поможет.
Вот она почувствовала его присутствие и повернула голову.
Всегда чувствует. Их взгляды пересеклись и будто время остановилось. Про себя он все знал, а вот ее взгляд… строгий, и в нем ни грамма нежности. Еще раз убедился в правильности своей мысли, что несмотря на ее идеальное поведение при родителях, им предстоит разговор. Решил не тянуть. Отлепился от дверного косяка, подошел и остановился совсем близко от нее.
— Мам, мы с Аней, прогуляемся? Покажу ей участок.
— Да, сынок, конечно, прогуляйтесь. Вы же останетесь на выходные?
— Конечно, мы останемся.
Аня хотела поучиться водить машину, завтра этим займемся. В перерывах между вашими разговорами о свадьбе. Да, Ань?
Он чувствовал, как ей хочется возразить, и боялся этого.
— Отлично. Значит у нас с Анютой еще будет время обсудить все детали.
— Да, конечно, — произнесла она и дышать стало чуть легче.
Взял за руку и потянул из оранжереи.
Аня
Шла за ним, раздумывая, что и как сказать, и вдруг словно озарение пришло — все неважно. Не хочу ругаться и что-то выяснять.
Что бы там не было с этой работой, причастен он или нет, не хочу ничего знать. Мне нравится атмосфера в доме, нравятся его родители, и я люблю его самого. Все остальное пусть идет к черту. Если родители женаты уже много лет, они счастливы, а у него такой пример перед глазами, что он вполне может стать надежным мужем. Да и даже если нет, зачем загадывать. Надо наслаждаться тем, что есть сейчас, мало ли что произойдет в будущем.
Мы пересекли холл и вышли на воздух, но Марк потянул дальше, к роскошному саду, разбитому чуть в стороне от дома.
Наконец, мы остановились, и он повернулся ко мне.
— Мать, наверное, утомила разговорами, решил тебя спасти, — произнес он.
— Твоя мама мне очень понравилась, и папа тоже. Вообще, у тебя замечательные родители.
— Да.
Он кивнул.
— Ты им тоже понравилась.
В голосе и в нем самом чувствовалось напряжение.
— И видно, что они любят друг друга, — продолжила я.
— Больше двадцати лет вместе.