Вернешься, пускай даже без сведений о предателе, я для тебя все сделаю. Помогу с переводом, поддержу тебя. Ругать не буду, если не сдюжишь. Всякое в жизни бывает, иногда надо отступить. Неудачи тоже случаются, главное – голову не терять от этого.
– Спасибо, – это все, что мог сказать Савельев. Парня обуревали разные эмоции и мысли. И благодарность к Давыдову за доверие, сдержанная, затаившаяся ярость к предателю, который действовал прямо перед носом в советском штабе. А еще страх перед неизвестностью, что ждала его за границей фронтов, и сомнения, получится ли осуществить задуманное.
Ведь у них нет даже внятного плана, лишь рискованная задумка обхитрить врага, зайти с тыла и ударить туда, откуда не ждали.
Но отступать младший лейтенант Савельев не привык, поэтому он развернулся и зашагал в черную бесконечную даль.
Глава 6
Ольга Куркина тяжело шла к колодцу, придерживая на плече коромысло. Оно уже так натерло ей плечо, что хотелось сбросить деревянную ношу прямо в сугроб.
С самого утра женщина ходила по длинным деревенским улицам, от дома к колодцу, чтобы снова и снова наполнить бак ледяной водой.
Согреть ее на печке, а потом продолжить стирку: замочить, дальше с мыльной стружкой осторожно натереть форму ее постояльцев, немецких офицеров, на ребристой доске; затем прополоскать в студеной воде. И снова к колодцу, за следующей порцией воды."
"После кителя и брюк наступила очередь нательного белья. Ей казалось, что конца не будет этому мучительному занятию. Уже ныли плечи и спина, ломило до костей замерзшие руки.
А ведь еще надо успеть к вечеру состряпать для постояльцев ужин из тех продуктов, что офицеры выдали хозяйке дома из своих пайков. Ближе к вечеру затопить баню, чтобы военные помылись, приготовить постели.
Потом бежать в штаб, где она уже долгое время мыла полы. Три часа уходило у нее на то, чтобы вытереть грязь, следы от обуви в коридорах и кабинетах фашистских командиров. Все это время за ней слонялся, позевывая, охранник, который наблюдал за там, чтобы Ольга смотрела не по сторонам, а только вниз, на грязный пол.
Правда, со временем охрана привыкала к молчаливой, незаметной уборщице так, что ленилась сопровождать ее по кабинетам. Чем Ольга и пользовалась – перерисовывала карты, секретные донесения буква в букву, а перед уходом домой прятала под одеждой.
Многочасовая уборка, ежедневные хлопоты по хозяйству были еще не самым неприятным делом. В эти моменты женщина хотя бы была одна.
