Увидев его удивленный взгляд, она продолжила:
– Ты думаешь, я не знаю, что у Руса периодически потрахушки на стороне? Но я продолжаю делать вид, что ничего не знаю. А знаешь, почему? Потому, что я не могу уйти от него. Потому, что мне некуда идти. Потому, что мне не на что жить. Потому, что мне тупо нужны его деньги! – последнюю фразу Ирина уже выкрикнула. Теперь уже она смотрела на него, не отрываясь, а Антон молчал и опустил взгляд.
И по этому его молчанию Ирина поняла, что, конечно, он знал о всех похождениях её мужа.
Не мог не знать. Антон всегда всё знал. Она отвернулась, когда поняла, что по щекам текут слёзы. Ни один мужчина не любит смотреть на плачущую женщину – это ей с детства твердила мать. И вдруг Ирина услышала, как щёлкнул ремень безопасности на её сиденье, и в следующую минуту она была перетащена Антоном к нему на колени.
– Ириш, ну что ты! – он погладил её по голове как маленькую девочку, – ну, ты же знаешь, что Рус только тебя любит! Он же за вас с Максом любому глотку зубами перегрызет!
А она от этого такого его простого жеста разревелась ещё больше.
Она ревела навзрыд, уткнувшись куда-то ему в ключицу. А он вдавил её себе в грудь и продолжал гладить её по голове, приговаривая:
– Ну, что ты, девочка моя! Ну, тише, тише. Ты самая хорошая, самая мудрая из всех женщин, которых я встречал. Ну, тише, тише.
Слёзы постепенно высохли, она ещё судорожно всхлипывала, чувствуя всем телом его тепло и просто каменный пресс. От него пахло очень хорошим одеколоном, Ирина даже знала, каким, Антон всегда только им пользовался.
Это был такой родной, такой его запах. Она бы уже и не представляла себе, как бы ещё мог пахнуть Антон. Она вдруг увидела перед глазами, как бьется жилка у него на шее, услышала его сбивчивое дыхание, как судорожно дернулся кадык у него на шее. Она медленно подняла глаза выше и напоролась на его взгляд. Кто из них первый потянулся губами, они не поняли, кажется, что одновременно. Целовались они жадно, горячо.
Словно истосковались по поцелуям. Дыхание слилось в одно. Она и сама не поняла, как получилось так, что она жадно впилась в его губы, кусала их. Кажется что ТАК горячо она ещё ни разу не целовалась. В ответ на её жадные поцелуи Антон застонал. И кажется именно этот его стон отрезвил её. Ирина отстранилась первой. Оба тяжело дышали.
– Ир, я…
– Не надо, Антош, мы не сможем потом, как прежде…, – она вдруг поняла, как они выглядят со стороны.
