Я — не жертвенный барашек! Если ты хоть словом обмолвишься о том, что узнала, и этот брак расстроится, я с собой такое сделаю, что ты никогда себя не простишь!
***Весь день я думала о выходе из этой ситуаци и не находила его. Уже сидя за столом после ухода сватов, договорившихся о скорой свадьбе, я, поборов свои опасения, решилась поговорить с отцом, который, к моему удивлению, был сегодня трезв.
— Айшат, присмотришь за Асей? Мне нужно поговорить с отцом, — попросила я одну из сестер.
— Конечно. Но я бы на твоем месте не стала этого делать.
Лучше держаться от него подальше, трезвый он еще хуже пьяного, — предостерегла она меня.
Проигнорировав ее слова, я поднялась на чердак, надеясь, что у меня получится уговорить его на то, что я уже предлагала Лине. Но, как стоило ожидать, получила в ответ полное равнодушие.
— Зачем девке учеба, если ее судьба — стоять у плиты? Или хочешь, чтобы она стала такой же, как ты? — Он начал проявлять агрессию от моей настойчивости, заставляя меня нервничать и зажиматься от страха, словно я снова стала маленькой беззащитной девочкой, боявшейся отцовского ремня.
— Сменила одного мужа на другого, с которым шлялась еще до свадьбы! Может, поэтому первый муж тебя и бросил?
Не в силах больше слушать этой мерзости я направилась к лестнице, чтобы как можно быстрее избавиться от его удушающего общества. О чем я только думала, когда решилась на разговор с ним?!
— Куда убегаешь, дрянь!? Мало я тебя порол в детстве! Так еще не поздно добавить!
Я ускорила шаг, чувствуя волну паники, поднимавшуюся изнутри.
Вскрикнула, почувствовав, как отец дернул меня за плечо. Попыталась вырваться, но он не пускал, продолжая сыпать оскорблениями, которые я, объятая ужасом, уже не воспринимала. В голове был туман, а единственным желанием стало вырваться из его мерзких тисков. Разозлившись на мои трепыхания, он толкнул меня, и я почувствовала, как теряю равновесие, подвернув ногу на крутой ступеньке. Зажмурилась, ожидая неминуемого падения, но сильные руки удержали меня.
Вцепившись в перила, поняла, что уже не падаю, и, открыв глаза, с ужасом увидела Мансура, неподвижно лежащего у подножья лестницы…
Сбежав вниз, я в начала что-то кричать, пытаясь дозваться до мужа, который все так же лежал с закрытыми глазами. Мою попытку перевернуть его пресек зять, я же, словно в оцепенении, слышала его слова о возможной травме позвоночника и приезде скорой помощи.
Я была не в себе, не понимала, что происходит и чего от меня хотят окружающие.
