— Может, я и не вспомню твоих точных слов, но их смысл был именно в этом! — Утратив весь свой пыл, печально закончила я.
— Мне жаль, если я по неосторожности сказал такую глупость. Я не могу отвечать за прошлое, но, поверь мне, когда я спрашиваю тебя о семье, то вовсе не для того, чтобы задеть или оскорбить. — Взяв за руку, он притянул меня к себе и продолжал говорить, серьезно глядя мне в глаза. — Я спрашиваю потому, что ты моя жена. И тот, кто оскорбляет тебя, оскорбляет и меня. А я этого не допущу. Я не хочу, чтобы ты общалась с этими людьми.
Они не достойны называться семьей. Теперь я и Ася — твоя семья. Люди, которые не уважают и не ценят тебя, не достойны быть частью твоей жизни. Поняла меня?
— Не так-то просто вычеркнуть близких из своей жизни, — горько усмехнулась я. — От того, что кто-то нас не любит, мы не перестаем ждать и надеяться на взаимность.
— Только глупцы способны на такой самообман, — ответил он, отпуская мою руку. Мои последние слова явно пришлись ему не по душе, это было видно по помрачневшему лицу Мансура.
— И чем скорее ты поумнеешь, тем счастливее и беззаботнее станет твоя жизнь.
— Пойду готовить ужин, — я направилась к выходу из комнаты, решив проигнорировать его тон.
Я не хотела говорить о своей семье или выслушивать то, о чем и так знаю! Понимала, что не права, но не так-то просто изменить то, что въелось в меня за столько лет. Даже понимая, что лицемерю, не могла согласиться с Мансуром и сказать, что забуду о родителях. Мансур вычеркнул из своей жизни сестру, когда понял, что она из себя представляет.
И я была рада, что он это сделал. Но сама была слишком слаба для такого поступка.
***— Шах… — Вывел меня из невеселых мыслей детский голосок.
Я почувствовала себя виноватой за то, что совсем не уделила ей внимания, отдавшись переживаниям.
— Иди сюда, сладкая, — усадила я ее за стол. — Поможешь мне приготовить ужин?
— А папа заболел? — Спросила она, посмотрев на меня своими не по-детски умными глазками.
— Ушибся. Но через несколько дней он будет в полном порядке, — попыталась я успокоить девочку.
— А сейчас давай-ка приготовим для него вкусный ужин.
— Дяяя! Папа всегда колмит меня вкунястями, когда я падаю! — С энтузиазмом подержала меня Пироженка.
Дав ей несложное задание перебрать рис, я приступила к разделке курицы, решив приготовить ее в сливках и подать с гарниром.
За готовкой я, как всегда, успокоилась, выбросила из головы все плохие мысли, решив сосредоточиться на хороших.
