Рывок, еще один, альпинистский крюк со звоном упал на пол пещеры, освобождая меня из плена, я потянулась за ним, и тут раздался грохот взрыва, и меня откинуло в гулкую темноту. Она была страшной. Такой страшной, что я закричала. И кричала долго, пытаясь вырваться из призрачных ледяных объятий.
— Нет! Прочь! Не трогайте меня! Не трогайте…
— Алессия! Проснись.
Чьи-то руки обнимали меня, а я отбивалась и от них, и от темноты, и от кишащих в ней чудовищ.
— Уйдите! Не прикасайтесь ко мне!
— Тихо, все хорошо, это просто сон, — убеждал меня кто-то, а я никак не могла выбраться из ожившего кошмара.
— Успокойся. Ты в безопасности.
В безопасности? Как бы не так! В этом мире нет такого понятия. По крайней мере, для меня.
Я рванулась, пытаясь выбраться из страшной темноты, и зарычала от бессилия, когда поняла, что ничего не выходит.
— Ваэрти саро, — прозвучало прямо у меня над ухом, и тьма неожиданно отступила, а чудовища растворились, выпустив меня из своих бестелесных лап.
По щеке пробежал прохладный ветерок.
Я открыла глаза и наткнулась на горящий взгляд синих глаз. Абьери. Это был он. Нависал надо мной, удерживая в своих объятиях, и смотрел так, будто пытался прочитать мои мысли. Его длинные волосы рассыпались по плечам, распахнутая рубашка обнажала смуглую грудь, и мне неожиданно захотелось провести ладонью по гладкой коже, прижаться всем телом и хоть на миг забыть ужас своего прошлого и настоящего. Снова почувствовать себя живой. Снова почувствовать себя женщиной.
Самое неподходящее желание из всех, какие мне доводилось испытывать.
Нашла же время для слабости!
Я резко повела плечами, высвобождаясь из чужих объятий, но в душе продолжала дрожать тонкая, незнакомая струна, и меня тянуло обратно — в тепло крепких рук, к сильной и надежной груди, к уверенному свету ярких глаз, напоминающих неподвижный маяк в разбушевавшемся море.
— Что тебе снилось? — напряженно спросил Абьери.
Его лицо было сумрачным. Оно само казалось похожим на тьму, из которой я недавно выбралась.
— Алессия? — не дождавшись ответа, повторил герцог и осторожно отвел от моего лица растрепавшиеся пряди.
Прикосновение вышло нежным, почти невесомым. Чуть шершавые пальцы задели мою щеку, на секунду задержались на ней, но тут же соскользнули.
— Пещера, — неохотно ответила я.
Внутри все еще бродила хмельная смесь из пережитого страха и острого, совершенно несвоевременного желания.
— Просто пещера?
— Там живут чудовища.
— И часто тебе снятся кошмары?
— Нет. Раньше не снились.
