Ну ничего, Виктор Степанович вернет тебе человеческий облик, а Михаила я предупрежу, чтобы не дурил голову своими железками». Наверное, это был единственный раз, когда бабуля проявила интерес к моей судьбе. И я ей за это благодарна, хотя тогда, в тринадцать лет, готова была возненавидеть и расшитые блестками платья, и строгого Виктора Степановича, и партнера Диму — тоненького длинноволосого блондина с испуганными серыми глазами. Он напоминал мне олененка Бэмби, и из нас двоих походил на девчонку гораздо больше.
Ох и натерпелся он от меня поначалу! Я смеялась над его романтичными кудрями, над манерой тянуть подбородок, над идеально ровной спиной. Разве таким должен быть мальчишка? Правда, потом мы с Митькой все-таки нашли общий язык, и когда папа сумел выбраться на пару дней к нам с бабой Катей, я впервые встретила его в платье и с красиво заплетенными волосами. Он даже расчувствовался. «Ты так похожа на маму, Леся»…
— Алессия, ты долго стоять собираешься? — вырвал меня из воспоминаний строгий голос Альды.
— Я тебе где велела быть?
— Уже иду, ньора Альда.
Я постаралась не думать об отце, но его постаревшее лицо и непривычно мягкий взгляд так и стояли перед глазами. Та наша встреча оказалась последней. Спустя два дня папа уехал в командировку и больше не вернулся. Очередная горячая точка. Очередной боевой вылет. И очередная медаль. Посмертно.
— Алессия, поторопись.
Майресса посмотрела в окно и нахмурила тонкие брови.
— Гости уже почти все собрались, а ньора герцога нет, — тихо, словно про себя, сказала Альда, но тут же опомнилась и процедила: — Ты еще здесь? Иди к слугам, нечего перед гостями торчать.
Я молча развернулась и пошла к ассольдо. Подальше от раздраженной майрессы.
***
Залы первого этажа заливал яркий свет. Он лился из окон щедрым сиянием, наполняя внутренний дворик теплыми желтыми отблесками. Небо за стенами замка медленно наливалось темнотой, и лишь на западе виднелась узкая розовая полоска, но с каждой минутой она становилась все бледнее, пока не растаяла окончательно, растворившись в бархатной черноте.
Во дворце было шумно. Гости пировали уже несколько часов, блюда сменялись одно другим, стольник распоряжался слугами, как умелый дирижер управляет музыкантами, вереница проносимых по залу серебряных тарелок казалась бесконечной. Перепела, фазаны, поросята, оленина, яркие овощи и экзотические фрукты — это была лишь малая часть того, что я видела, наблюдая за происходящим в пиршественной зале.
