Он колебался, стоит ли продолжать, и все же продолжил.
— Мой друг, генерал Пауэлл, считает, что это напрямую связано с посещениями принцев. Он просил меня присмотреться, когда кто-то из сыновей Аврелиана в следующий раз приедет в гарнизон.
Отец был осторожен, он ничего не сказал о том, что генерал Пауэлл возглавляет оппозицию. Мало ли какие могут быть подозрения у частного лица.
Капитан Эберд молчал, разглядывая холмы, небо и голову лошади. Он внимательно слушал.
— Сегодня вечером… я случайно подслушал их разговор.
— Представляю, как тяжело отцу было признаться в таком поступке. — Я искал графа Ромера, чтобы поговорить о судьбе моей дочери. После ужина он сообщил мне, что намеревается забрать Алейдис в столицу, но этого я никак не мог допустить.
— Забрать вашу дочь? — воскликнул капитан. — Зачем? Разве она не должна и так осенью отправиться в Академию?
— О причинах такого решения графа Ромера я не стану сейчас говорить. — Отец медленно подбирал слова, а я закусила губу, увидев на его лице и страх за меня, и ненависть к Лэггеру.
— Это приказ… высокопоставленного человека, с которым нас связывает общее прошлое… Неважно! Я шел поговорить с советником, но прежде, чем зайти, услышал голос Ивейла.
Люди, стоящие на площади, задержали дыхание, чтобы не пропустить ни слова. Я представила, что сейчас во всей столице повисла неестественная тишина. На каждой площади и в каждом закоулке разносится голос моего отца.
— Он зачитывал советнику письмо императора Аврелиана: не личное послание, а скорее приказ.
Я, признаюсь, в первые минуты и сам отказывался верить… Его величество давал точные указания, где именно следует образовать Разрыв — к письму прилагалась карта с указанием линий силы и инструкция, сколько капель крови нужно использовать. Семь капель.
— Семь… — бездумно повторил капитан Эберд, пока не в силах осознать сказанное. — Семь… Что? О Всеблагой!
Зрители на площади разом зашумели. Мы с Тайлером переплели пальцы, я вцепилась в его руку, как в спасательный круг.
"
"— Где теперь это письмо императора?
— Я его украл, — глухо пробормотал отец. — Пока советник Ромер его не сжег.
Бедный мой папа, не выносящий любой неправды и всегда поступающий по чести. Как ему, верно, непросто далось воровство. Но он понимал, что это, возможно, единственный шанс добыть доказательства для генерала Пауэлла.
— Письмо у вас?
— Нет, письмо уже отправилось вместе с моей дочерью в столицу. Она единственная, на кого я могу полностью положиться.
