Не в противоположную сторону. Уже хорошо! Из парня со временем выйдет толк. Он успел нанести три удара, не сообразив даже, что острие копья протыкает воздух.
— Стоп! — крикнул я, и дрэгон растаял в воздухе. — Парни, вернулись на позиции! Начинаем сначала! Строго по моей команде. Сначала арбалетный болт. Следом разрыв-вода. Следом атака копьем. Вы мешаете друг другу, а должны помогать.
— Ч-что это, к-командир? — пробормотал Джар, глядя в пустоту перед собой, где только что возвышался дрэгон. — Что это было такое?
Из-под тени деревьев шагнула Герти.
— Парни, вы что как вчера на свет родились! Вы забыли, какой дар у вашего лейтенанта?
— А-а-а-а! — выдохнули все махом, обмякнув от облегчения, а Джар сказал:
— Чуть в штаны не наложил с перепугу!
— На позицию, — оборвал я жалобы.
Возни тут еще не на одну тренировку, но я сделаю из этих дуралеев бойцов.
Через час я отпустил их отдыхать.
— А ты молодец, Тай, — улыбнулась Герти.
Она подошла ближе, встала в паре шагов от меня, с улыбкой и любопытством разглядывая мое лицо, будто впервые увидела.
— Когда ты успел так возмужать? В прошлом году я видела еще мальчишку, а теперь… Приятно удивлена!
Лейтенант Орем в два счета сократила расстояние между нами. Теперь, когда нас разделяло несколько сантиметров, стала заметна и разница в росте. Герти была ниже на полголовы. Она смотрела на меня снизу вверх лукавым взглядом. Серые глаза казались еще темнее из-за пушистых длинных ресниц, в глубине радужек пряталась сила и решимость и вовсе не девичий характер.
Герти подняла ладонь и погладила меня по щеке.
— Колючий…
Неожиданное прикосновение теплой ладони точно молнией пронзило. Я запер на замок все чувства, запретил себе любые эмоции. Но теперь… Нет, вовсе не Герти вызвала бурю в душе. Я видел перед собой не серые глаза, а темно-карие. И темные волосы с белыми прядями. В стылом холодном воздухе вился тонкий аромат вишни, а чувственные губы манили, так манили попробовать их сладкий и пряный вкус.
Я отшатнулся, снял руку Герти со своей щеки.
— Извини.
— Тай, я тебе не предлагаю любовь до гроба, — с горечью усмехнулась Герти. — Никаких обязательств. Просто ночи на севере такие холодные…
— Извини, — повторил я и ушел, оставив ее на разбитой тяжелыми подошвами полоске мерзлой земли.
Герти удалось добиться лишь одного: засну я теперь нескоро, думая об Алейдис. Невыносимо не знать, что с ней.
«Что с ней может быть, идиот? — отругал я себя. — Она под защитой стен Академии, а Ярс за ней присмотрит.
