Причем многие командиры низшего звена и сами прельщались столь сладкими обещаниями. Но иногда с вербовщиками случались и неожиданности. На транспортах «Рион» и «Херсон» казаки выкинули агитаторов за борт, и те хорошо накупались, прежде чем их подобрали французские катера. В последнее время агитаторы стали появляться на судах реже и осторожнее.
Заканчивая свой рассказ, Абрамов предупредил, что многие уставшие от войны, разуверившиеся и разочарованные во всем казаки и солдаты могут уполовинить армию. Со второй половиной справиться будет легче.
— Что вы предлагаете? — спросил Врангель.
— Дисциплина! — коротко ответил Абрамов. — Жесточайшая дисциплина! Только она может спасти армию.
— Ну, а по поводу разоружения? Что вы по этому поводу думаете, Федор Федорович?
— Этот вопрос даже не должен обсуждаться, — ответил Абрамов. Армия без оружия — это стадо. Его можно арапниками загнать в любое стойло.
— Что думают остальные? — спросил Врангель.
Остальные поддержали Абрамова. Говорили напористо, с негодованием.
Под занавес совещания поднялся со своего места Котляревский:
— Если позволите, я внесу некоторый диссонанс в ваше единодушие.
Все с нескрываемым удивлением и любопытством обернулись к Котляревскому.
— Смею напомнить всем нам, что мы все же здесь гости. И общество выработало для гостей некоторые правила. Скажем, неприлично идти в гости с гранатой в кармане.
Кают-компания зашумела.
— Полагаю, наверно, бывают случаи, когда в гости приходится идти с гранатой, — с легкой улыбкой сказал Врангель.
Он хорошо знал парадоксальный ум Котляревского и ждал резкого поворота в его размышлениях.
Котляревский не торопился раскрывать свои карты.
— Но тогда это уже не гость, — спокойно возразил он Врангелю и затем продолжил: — Существует международный закон о том, что армия, находящаяся на чужой территории и не являющаяся оккупационной, не должна быть вооружена. Кроме каких-то оговоренных случаев. Мы, к сожалению, свои права не оговорили. И, стало быть, если мы не подчинимся французским требованиям, для нас могут возникнуть нежелательные последствия.
— Уйдем от французов! — сказал генерал Витковский.
— Куда? К кому? И на чем? Смею вам напомнить: наш флот уже продан. Кстати, французам.
— Вы предлагаете капитулировать? — выкрикнул всегда горячий генерал Туркул.
— Я предлагаю, прежде всего, не ссориться с французами, — спокойно сказал Котляревский.
— Но ведь это невозможно. В этом случае мы будем обязаны разоружиться.
— Вовсе нет.
