И затем сказал своим спутникам:
— Садитесь, до города подвезет.
Все стали усаживаться, моститься. Леню возчик пригласил к себе на облучок и, подмигнув, дал в руки кнут. Когда тронулись, возчик неожиданно спросил:
— Рюс?
И снова возчику что-то ответил Красильников. Ему — возчик. И оба засмеялись.
— Семен, почему ты так долго это скрывал? — спросил Кольцов.
— Что «это»?
— Ну, что ты говоришь по-турецки.
— Ты просто никогда меня не слушал, — ответил Красильников. — Во-первых, не по-турецки, а по-татарски.
И то — с костылями. Ты, наверно, забыл, где я родился и вырос.
— Помню. В Донузлаве. Это где-то возле Евпатории.
— Донузлав — татарский аул. Так скажи мне, с кем я там мог дружить? Конечно, с татарчатами. Вот и вспомнил кое-какие слова.
— Ну, и что ты у него выяснил?
— Ничего. Я спросил, не атеист ли он, почему в пятницу работает? Он ответил, что его лошади — не мусульмане и по пятницам тоже хотят есть.
Пустырь кончился и с двух сторон дороги потянулся нищий пригород.
Бедные хибары с плоскими крышами, сколоченные из фанеры, досок, жести и картона, с маленькими подслеповатыми оконцами — они кучно жались друг к другу, словно пытались упрятать от чужих глаз свою нищету.
В ближних пригородах дома были богаче, нередко — двухэтажные, обнесенные высокими заборами. Эти тоже прятали, но… свой достаток от чужих завистливых глаз.
Город встретил их оживленными улицами.
Возница съехал на обочину, что-то сказал Красильникову.
Тот обернулся к своим попутчикам:
— Эфенди говорит, что до этого места он вез нас бесплатно. Но не может повезти нас бесплатно туда, куда нам надо. Говорит, что дорого с нас не возьмет.
— Кони и в пятницу хотят кушать, — улыбнулся Кольцов. — Пусть везет. Нам нужно на Гранд рю-де-Пера. Точнее даже: Пера-Палас.
— Пера-Палас? Карашо, — выказал возчик свое знание русского языка.
Повозка снова тронулась и уже через квартал втиснулась в густой поток различного транспорта, движущегося по «старому» мосту с европейской части города через залив Золотой Рог в район Галаты.
Пропускная способность у этого моста была небольшая, поэтому неподалеку построили еще один мост, который справедливо назвали «новым». Несмотря на эти два моста переезд из одной части города в другой был весьма затруднен. Пешеходы, телеги, кабриолеты, фуры, автомобили стекались сюда, к мосту, с нескольких улиц.
