– Так-так-так, – раздаётся скрипящий, прокуренный голос шейха.
Уж его-то я точно никогда не забуду и, боюсь, буду слышать в кошмарных снах до самого конца жизни.
– Два моих сокровища. – Шейх вальяжно проходит через всё помещение к нам и скользит по нашим фигурам масляными глазками. – Два огненных дара богов!"
"Слащавая улыбка, за которой, я точно знаю, скрывается чёрное нутро жестокого извращенца. Говорят, его гарем каждый год пополняется двадцатью несчастными, только вот девушек там не становится больше.
А учитывая, что шейх своё никогда и никому не отдаст, то нетрудно предположить судьбу обитательниц гарема.
Он разваливается на подушках, что разложены на диване за столом, и оценивающе рассматривает нас. Его взгляд пронзает меня, как насекомое пронзает игла коллекционера, когда оно становится не более, чем частью обширной коллекции.
В груди замирает, чувствую онемение на кончиках пальцев… Мне страшно. Каков будет его гнев из-за того, что я сбежала? И шейх тут же отвечает на мой невысказанный вопрос:
– Так… Тебя я видел.
Ты заслуживаешь наказания за побег. Но, может, всё как раз к лучшему, если учесть, что, благодаря этой неприятности, я заполучил кое-что гораздо более ценное. Тебя не накажут. В своё время твой дар послужит благому делу нашей страны, но только после того, как я наслажусь тобой в полной мере.
Шейх сощуривает глаза и переводит их на Анну:
– А ты… Ты станешь тем мостиком, который заставит Ингвара стать более сговорчивым. А если ещё хорошо тебя воспитаю, так вообще поставит Айсгард на колени.
По спине пробегает холодок, я кидаюсь вперёд.
– Ваше Величие, – смиренно складываю руки и уже собираюсь упасть перед ним на колени. – Отпустите Анну, позвольте мне…
– Не позволю! – рычит шейх, маска благодушия слетает с него, и я понимаю, что до сих пор он просто сдерживал гнев. – Княжна, на колени!
Меня буквально отшвыривает магией в сторону, а он сверлит Анну глазами, в которых отчётливо видны вертикальные зрачки. Почти физически ощущаю, что он давит на неё своей силой, она сжимает челюсти, дышит тяжело, но держится.
– Упрямая девка! – шейх приподнимается и прилагает больше усилий.
По виску Анны стекает капля пота, и её ноги всё же подгибаются. Я кидаюсь к ней, поддерживая, чтобы она совсем не оказалась на полу.
– И не таких приручал, у меня много методов, – цедит сквозь зубы наш мучитель. – И, чтобы вы ни думали, что я не держу слово, свадьба завтра. За вами придут, чтобы подготовить.