Встаю, Мадину толкаю в угол, сама бросаюсь к двери, открываю ее, выглядываю в коридор — никого. Возвращаюсь за Мадиной, хватаю ее за руку и кричу:
— Бежим!
Выскакиваем в коридор вместе, тут появляется один из бандитов, но он не успевает вскинуть пистолет, как получает пулю в лоб, за ним падает и другой. Понимаю, что нас прикрывают. Хватаю Мадину на руки и бегу по коридору к месту, где остался Амин. Раздаются выстрелы, чувствую, как в спину бьёт пуля, потом вторая, боль прошивает тело. Только успев завернуть за угол, я падаю прямо в объятия Амина.
Дышать тяжело, боль прошивает все тело. Сползаю на пол, но главное — отдаю девочку в руки моего любимого мужчины. Взгляд у него пораженный, он хватает сестренку.
— Мадина, малышка моя! Ты цела? — девочка начинает всхлипывать, он прижимает ее к груди. Мне тоже хочется плакать.
— Марина! — обращает он внимание на меня. — Что с тобой? Ты ранена?
— Кажется, нет, — хриплю я. — Спасибо бронежилету.
Амин помогает мне подняться, я боковым зрением отмечаю, что мимо проносятся остальные наши бойцы.
В конце коридора раздается взрыв, крики. Понятно. Девочка у нас, теперь можно не церемониться с этими уродами. Амин помогает снять бронежилет, который спас мне жизнь, но сейчас только мешает дышать.
— Чёрт. Моим ребрам снова не поздоровилось, — хриплю я.
— Точно, — у Амина тоже замечаю кровь на рукаве чуть выше локтя.
— Ты ранен.
— Пустяки, — отмахивается он. Я осматриваю рану.
— Не смертельно, но пуля застряла внутри. Это плохо. Надо перевязать.
— Потом, — говорит он, зажимая рану рукой, — надо уходить, — подхватывает девочку на руки, и мы бежим прочь из здания, не дожидаясь, пока ребята закончат разгром остатков бандитского гнезда.
Добираемся до машины. Вижу, кровь по руке Амина течет, и не думая останавливаться.
— Сядь! — командую я. Залетаю в машину, хватаю аптечку, достаю бинты и стерильные салфетки. Прижимаю к ране, Амин шипит от боли, — терпи!
— Терплю, — туго бинтую рану и только тут замечаю, что девочка смотрит на нас глазами, полными ужаса.
Боже! Как она переживет все это?"
"— Все будет хорошо, малышка, не бойся! — говорю я. Она начинает жалобно всхлипывать. Амин бросает бинты, притягивает девочку к себе, она зарывается личиком в его свитер и рыдает. Амин прижимает девочку к себе, шепчет ласковые слова ребенку, пока я заканчиваю перевязку. Сейчас у него такое лицо, полное любви и нежности. Меня прошивает сильная душевная боль. Жалко малышку, но меня охватывает страх за мою девочку.
