Она не сопротивляется, только дышит тяжело, я тоже, утыкаюсь ей в волосы, втягиваю запах. Рука сама ложится на грудь, ее попка трется о мой возбужденный пах. Сжимаю руку на шее сильнее, прикусываю мочку уха и шепчу:
— Готова получать по заднице?
— Готова!
— Что за хрень ты мне подмешала?
— Ничего страшного, немного снотворного. Как, хорошо отдохнул?
— Не очень. В башке до сих пор каша, поэтому я за себя не ручаюсь.
— Хочешь меня отшлепать?
— Нет. Свернуть шею. Какого хера?! Ты мне не доверяешь?!
— Доверяю и берегу.
Я привыкла работать одна. Ты бы не дал сделать все как надо.
— Это как? Ты опять влезла сначала в койку к этому жирному козлу? Его и твой внешний вид были весьма красноречивы!
— Обожаю, когда ты ревнуешь!
— Значит, придется делать так, чтобы тебе это перестало нравиться! — говорю зло, сжимаю сильно ее грудь, до боли. Она стонет глухо, но молчит, поворачиваю к себе ее лицо и впиваюсь в губы, но по-прежнему не даю пошевелиться. Одной рукой продолжаю сжимать ее шею, другой стаскиваю с нее штаны, раздвигаю ноги, резко проникаю в нее двумя пальцами сзади, она уже влажная и горячая.
— Хочешь меня?
— Дааа! — стонет она.
Освобождаю свой стоящий колом член и на полном ходу вхожу в нее, рот закрываю рукой, заглушая ее стоны. Двигаюсь быстро и резко.
— Не вздумай кончать! Это не для тебя!
Прикусываю ухо и ускоряю темп. Много времени мне не нужно, я итак был почти на грани, с того момента, как увидел ее на стоянке почти голой.
— Он к тебе прикасался? — рычу я.
— Нет.
— Врешь!
— Немного. Но потом очень пожалел об этом.
— А теперь жалеть будешь ты! Еще раз сделаешь так, я тебе шею сверну, а лучше оставлю голодной на месяц! Да и сейчас я все еще зол! Еще Андрюшеньку не до конца переварил, теперь это! Так что не надейся на скорое удовольствие!
Сжимаю ее сильнее, оставляя следы на нежной коже, присасываюсь к шее, пусть будет засос! Чтобы вспоминала потом! Еще несколько бешеных толчков, и я кончаю на ее голую спину. Перед глазами звезды, адреналин по венам.
Утыкаюсь в ее шею, перевожу дыхание. Забираюсь рукой между ее ножек, Марина вздрагивает, пытается тереться о мою руку нежными складочками. Круговыми движениями вокруг клитора довожу ее почти до грани, она закрыла глаза, постанывает, готовится кончить, первые спазмы уже бегут по телу. Но хрен ей. Убираю резко руку, бью по голой заднице.
— Теперь, чтобы кончить, придется меня об этом сильно попросить. И не злить больше!
Марина дышит тяжело, отталкивает от себя.
