Глаза Амина до сих пор пьяные, он наклоняется ко мне, нежно целует в губы, поднимает с колен, ведет рукой по моему телу. Ласкает грудь, сжимает сосок, в то время, как губы перемещаются на шею, целуя и слизывая капли. Я совершенно забываю про боль и усталость, все отходит на второй план, меня поглощает животная страсть, потребность его коснуться и самой получить разрядку. Его пальцы забираются между ног, раскрывая влажные складки, ласкают, проникают, растягивают.
В какой-то момент Амин останавливается. Я протестую, думая, что он решил остановиться.
— Пойдем в кровать. Хочу, чтобы тебе было удобно, — шепчет он. Протестовать мне не дают. Амин вытаскивают меня из кабинки, заворачивает в полотенце, подхватывает на руки и несет в спальню.
Его движения неспешные, руки нежные, сводящие с ума. Губы блуждают по коже, касаясь самых чувствительных мест. Они зажигают, они дарят блаженство, давно забытое, неведомое, зарождают в глубине неистовое желание, истому, которая разливается по венам пожаром.
Его язык и пальцы доводят до грани, за которой я уже не ощущаю связь с реальностью, мне нужно больше, сильнее, поэтому я тяну к себе его крепкое тело, он уже снова готов к бою, это радует, его первые движения внутри меня неспешные, скользящие, это чистый кайф, но мне мало.
Хочу сильнее, быстрее.
Но Амин не дает, держит, теперь он упивается властью. А я не знаю, чего мне хочется больше, продолжать эту пытку или получить долгожданную разрядку. Я извиваюсь под ним, снова забывая и о сломанном ребре и о целом мире.
Эта боль наоборот добавляет острых ощущений. Хорошо, что в доме мы одни, потому что тихо реагировать у меня не получается. Стоны все громче и требовательней.
Боже, раньше я не понимала, почему бабы так орут, я всегда выдавала ту реакцию, которую от меня хотели, но это было контролируемо и продумано, а сейчас я просто не могу совладать с собой. В какой-то момент мне удается перевернуть Амина на спину и забраться сверху. Я даю себе волю и задаю нужный темп, он пытается что-то сказать, но я не даю ему это сделать.
Закрываю рот поцелуем, приказываю заткнуться, и продолжаю восходить к вершине удовольствия.
Оно уже близко, уже накатывает, но каждый раз не до конца, еще чуть-чуть, еще пара мощных движений, а потом его губы сжимаются на моем соске, зубы слегка прикусывают твердую горошину и это отправляет меня в рай! Я на седьмом небе, разлетаюсь на куски, тело сотрясает дрожь, которую я не могу унять, его пальцы впиваются в мои ягодицы, продолжая насаживать меня.
